— Я говорил себе, что это всегда происходит каждый раз, когда моя девушка уходит в уборную.
— Ну, может, ей не стоит оставлять такого красивого мужчину, как ты, здесь одного, — она делает шаг ко мне, протягивает руку вперед, чтобы поиграть с моим галстуком, и я бью ее чем-то приемом как в дзюдо, прежде чем отшагиваю от нее.
Это чертов галстук Оливии.
— Она уезжает?
Серьезно, почему она все еще разговаривает со мной? И где Оливия? Ей больше не разрешается ходить в туалет в общественных местах.
— Может, мы сможем уединиться, чтобы поговорить, когда она уйдет.
Я уже собираюсь сказать ей, чтобы она отвалила, когда Оливия обходит ее и прижимается ко мне.
— Он хорош, но спасибо за предложение, — наигранно улыбается она. Мне это нравится. — Если ты надеешься когда-нибудь быть счастливой в отношениях, я предлагаю тебе начать с того, чтобы перестать преследовать мужчин, которые в них счастливы. Это тебе не особо помогает, не так ли? — она поднимает на меня глаза. — Картер, ты не хочешь пойти куда-нибудь в уединенное место, чтобы поговорить с ней?
— Нет, блять.
— А почему нет, малыш?
— Потому что у меня уже есть единственная женщина, которая мне когда-либо будет нужна.
Она улыбается мне, обхватывает мою шею руками и прижимает мой рот к своему.
— Достаточный ответ на твой вопрос? — спрашивает она блонди, но не дает ей возможности ответить. Вместо этого ее пальцы переплетаются с моими, и она тянет меня к двери.
Я не думаю, что меня можно удивить еще сильнее, но затем Оливия на тротуаре прижимает меня к стене и притягивает мое лицо к своему.
Она властно орудует своим языком, ее прикосновение явно обозначение собственности, и я наслаждаюсь каждой секундой этого.
Окно ожидающей нас машины опускается, и Кара высовывает голову.
— Поехали, блять, пирожочек Ливви! Джей-Джей провезет нас через МакДик! Картошка фри и макфлурри, детка!
Оливия отстраняется, тяжело дыша, и убирает волосы со лба.
— Развлекайся, будь в безопасности, и я люблю тебя, — она целует меня еще раз, с любовью поглаживая мой член через штаны, а затем исчезает в лимузине.
Когда я возвращаюсь в вестибюль, я в приятном опьянении, скорее просто от счастья. Не могу дождаться, когда эта женщина станет моей невестой, а потом и женой.
— Она назойливая собственница.
Я поворачиваюсь и вижу блондинку у барной стойки. Она поднимает свой бокал с вином, взбалтывая красную жидкость, и делает шаг навстречу.
— Можем мы поговорить сейчас, когда мы одни?
— Нет, блять.
