— Паутину лжи?
— Да. Если мои руки в воздухе, нет никаких сплетен о том, кого я трогаю.
Название статьи, которую она листает, в принципе, об этом и говорит:
— Картер Беккет хочет, чтобы весь мир знал: он ВНЕ ДОСТУПА, дамы!
Возможно, вероятно, я специально, на этой неделе поднимаю руки над головой и улыбаюсь на все вспышки камер, когда девушки пытаются заговорить со мной.
Оливия мотает головой."
"— Ты такой смешной. Могла бы твоя ухмылка быть самодовольнее, чем она уже есть, на этом фото?
— Что я могу сказать? Когда весь мир знает, что я твой, я счастлив.
— О, черт возьми! — Гаррет бросает подушку мне в голову. — Сними гребаную комнату! Никому нет дела до того, как глубоко вы двое влюблены друг в друга.
Адам достает банку пива из бара, откупоривает его и делает длинный глоток.
— Серьезно, как долго вы двое собираетесь увиливать от слов, которые, как мы все знаем, вы умираете от желания сказать друг другу?
Я смотрю на Оливию и вижу, что она уставилась на свои колени и грызет ноготь большого пальца.
Все ее лицо становится свекольно-красным, когда она возится с одеялами.
— Отстань от них, — Эмметт опускается рядом со мной на кровать. Он кладет свое лицо перед моим телефоном, улыбаясь Оливии, и я благодарен за отвлечение.
Пока он не произносит.
— Картер все еще привыкает к тому, что он любит кого-то больше, чем себя и «Орео». Олли не хочет признавать, что влюблена в самого высокомерного, контролирующего, раздражающего мужчину в мире.
Да любому понадобится время, чтобы осознать такое.
ГЛАВА 36
КАК ОЛИВИЯ, НО ВЫСОКИЙ И БЕЗ СИСЕК
Если подсчитать, уверен, я провел на ледовой арене больше, чем в любом другом месте, включая мой собственный дом или тот, в котором я вырос. Запах, шум, волнение, которое пробегает по моему позвоночнику каждый раз, когда я ступаю на арену — все это так знакомо.
Но это: снующие вокруг дети, запах свежеиспеченного печенья в закусочной, крепкий кофе у всех родителей в руках, чтобы пережить еще одно утро на катке… что ж, это тоже так мне знакомо, но с этим я давно не сталкивался.
Нахождение здесь будит во мне поток счастливых воспоминаний о годах, проведенных на катках, подобных этому. Там, где мой отец учил меня кататься на коньках, где мои родители подбадривали меня, где они помогли мне стать тем человеком, которым я являюсь сегодня, позволяя мне следовать своим мечтам.
