Их взгляды встретились — её улыбка была не менее натянутой, чем его.
— Любишь, когда в роа добавляют мед? — спросила она.
— Да, — выдавил он сквозь зубы.
Её щёки округлились, на правой появился ямочка.
— Как и я, — сказала она, оборачиваясь к его брату. — Видишь, Илиас? Ты должен попробовать!
Пока Силла размешивала ложку мёда в чашке, Джонас уловил новый запах. Пахло кашей, но… как-то иначе.
— Что это за аромат? — Он подошёл к огню и заглянул в котелок. Каша выглядела такой же как обычно готовила Сигрун, но запах…
— Она обжарила зёрна, — раздался голос Илиаса у него за спиной.
— Представь. Обжарила.
Джонас сделал усилие, чтобы сохранить на лице каменное выражение, и повернулся к женщине с кудрями. Красный румянец проступил на её шее, когда она протянула ему миску.
— Это совсем несложно, правда. Тебя слишком легко впечатлить, Илиас.
Джонас сел у костра и заставил себя сосредоточиться на пище. Его глаза расширились после первой же ложки. Он даже не подозревал, что каша может быть такой. Должно быть, дело в этом самом обжаривании.
Он представил, каково было бы есть так каждый день в пути. Это определённо сделало бы путешествие приятнее. Но это означало бы признать полезность этой женщины, а у «Кровавой Секиры» были более важные заботы.
Рей подошёл к костру, на лице его застыло недовольное выражение. Силла сунула ему чашку горячего роа.
— Доброе утро, Рей! — сказала она весело. — Уже закончил тренировку? Ты всегда занимаешься по утрам?
Рей нахмурился.
— Ты всегда так много говоришь?
— Да, — с улыбкой ответила она.
Эта женщина была далеко не такой тихой, как казалось вначале. И уж точно не боялась Взора Секиры. Джонас снова посмотрел на её простенькое платье, застёгнутое до самого горла. Какие ещё секреты она скрывает? Сморщенные яйца Хаброка, подумал он хмурясь. Его сон до сих пор путал мысли.
Силла протянула Рею миску, и нельзя было не заметить, что порция у него вдвое больше, чем у остальных. Она уже поняла, что он всегда голоден.
Рей нахмурился ещё сильнее.
— Ненормально быть такой… радостной с утра.
Силла рассмеялась, но, увидев, что Рей говорит серьёзно, неловко захлебнулась звуком, сделав вид, что занята помешиванием каши. Джонас доел в тишине, мыслями возвращаясь к зарытым в тайниках соласам, к делу в Истре, к их земле. Пять долгих лет они с Илиасом боролись, чтобы её вернуть. Спали на голой земле. Проливали кровь. Платили своей собственной. Когда они вернут её, это будет потому, что они это заслужили.
