Они отправили меня… отправили нас прочь. Но королева… она никогда не считала мой гальдур проклятием, чем-то противоестественным, тем, что нужно искоренить из этого мира. Она не похожа на своего мужа, боящегося Гальдры. Она видит потенциал, силу, которую можно из нас извлечь.
— Звучит так словно она женщина с прогрессивными взглядами, — пробормотала Силла.
— Она провидица. И не боится приносить жертвы ради будущего страны. Если для воплощения видения королевы Сигны кому-то нужно умереть — что ж, так тому и быть.
По спине Силлы пробежал холодок.
— Кому нужно умереть?
— Некоторым из Гальдра.
— Мне, — сказала Силла.
Скраеда кивнула, в её глазах промелькнула печаль:
— И Илька тоже была обречена на погибель, чтобы видение королевы стало явью. Она не хотела уходить, но это было необходимо. А теперь… теперь дар Ильки живёт дальше. Её наследие изменит это королевство.
Силла прищурилась. Скраеда была готова пожертвовать даже собственной сестрой-близнецом.
— Ты безумна.
— Я предана.
А ты вернёшь мне благосклонность королевы.
— Где Скеггагрим? — потребовала Силла. Она больше не могла играть в эти игры. От желания узнать, что с ним, сжимались внутренности.
Клинок у горла чуть сильнее впился в кожу, но давление руки на ключице ослабло.
— Давай познакомлю вас. Мы с Гримми теперь старые друзья.
Силла сглотнула, когда Скраеда отдёрнула её от двери. Воительница встала позади, вывернув ей руку за спину, но не убирая клинка от горла. Стоило обнажить руки и свет, исходящий от Силлы, залил комнату так ярко, что Скраеда поморщилась.
— Бедная девочка, — сказала воительница, расстёгивая украденный Силлой плащ и бросая его на пол. Скраеда прищурилась, разглядывая предплечья Силлы. — Он дал тебе катализатор? Должно быть, ты мучаешься. Твой гальдур рвётся наружу. И скоро так и будет.
Силла прикусила губу, не понимая, что именно происходит. Но да, она мучалась. Это внутреннее напряжение, не находящее выхода, жгло её изнутри, как невыносимый зуд под кожей, который нельзя почесать.
"
"Скраеда подтолкнула её к ширме в глубине комнаты, и Силла неуверенно ступила вперёд босыми ногами. Чем ближе они подходили, тем сильнее росло предчувствие беды внутри Силлы, призывающее ее не смотреть за ширму.
Но ей нужно было знать.
Она шагнула за перегородку и взгляд её упал на тело, раскинувшееся на низком матрасе. Оно было неподвижно, бездыханно, и запах металла был здесь особенно густым.
— Он принял долгий сон.
