Почти улыбнулась… но тут же вспомнила, как Рей получил эту рану, и волна вины вновь обрушилась на неё, разрывая изнутри. Со вздохом Силла последовала указаниям Геклы и перевязала рану. Заполнив её смесью мёда и мха, она закрепила повязку льняными полосами.
— Теперь ты должна мне новые штаны, — проворчал Рей, когда она затянула последний узел. — Мои лучшие превращены лохмотья.
Силла откинулась назад, глядя на него. Гекла ушла к Гуннару, помогать с оставленной палаткой Рея, и у огня остались лишь они вдвоём. Они долго ехали, чтобы освободить пространство между собой и телами на дороге, и солнце уже приближалось к горизонту.
На скуле Рея играли последние отблески дня, на его лице отражалась усталость.
Слова теснились у неё на языке, но она потеряла дар речи.
Это должна была быть я.
Я должна была всё рассказать.
Я бы отдала всё, чтобы вернуть время и умереть вместо Илиаса.
— Мне очень жаль, Рей, — наконец выдохнула она, ненавидя себя за эту жалкую, ничтожную фразу. Илиас погиб из-за неё. — Мне так жаль.
Его лицо было совершенно бесстрастным. Она нахмурилась. Молчание было куда страшнее гнева. Ей нужно было, чтобы он сорвался, чтобы рвал и метал, наказал её в конце концов.
— Зачем ты принимала те листья? — спросил он.
Ее брови поднялись в удивлении. Она не ожидала этого вопроса. И не знала, как на него ответить.
— Я думал, ты просто Гальдра, — тихо сказал Рей.
Мороз медленно прошёлся по её позвоночнику, Силла провела языком по губам, не зная, с чего начать.
Он смотрел в огонь.
— Листья, секреты, то, как ты оттолкнула меня на поле после атаки оленя-вампира… все это имело хоть какой-то смысл.
Я не питаю ненависти к Гальдрам. Я был готов перевезти тебя в более безопасное место. — Мышца на его челюсти дёрнулась, отблески пламени отражались в его чёрных глазах. — Я думал, тебя преследуют Клитенары. Поэтому не задавал лишних вопросов. Чем меньше мы знали, тем лучше. Но я ошибался.
Силла была на грани изнеможения. Вся эта ложь, эта её фальшивая жизнь, были непосильным грузом. Она хотела признаться во всем.
Открыться. Она уже раскрыла рот, чтобы выплеснуть правду, но он опередил её.
— Я до последнего вздоха буду сожалеть о том, что не убил тебя, когда обнаружил в нашей повозке.
Дыхание застряло у неё в горле.
— Единственная причина, по которой ты ещё жива — эта проклятая клятва. Из-за тебя Илиас мёртв. Он был хорошим человеком. Братом для всех нас. Его смерть тяжёлым камнем лежит на моей душе, а Джонас… Джонас уже никогда не будет прежним.
