– А сюда точно никто не попадёт? – поинтересовалась я. Всё же за закрытой дверью мне было как-то более... уютно, что ли. Было ощущение безопасности.
– Не волнуйся, малышка, – улыбнулся мне Дэн. – От единственной лестницы сюда ведёт довольно длинный коридор без каких либо ответвлений или иных комнат. Это помещение на этаже единственное. И если кто-то чужой сделает хотя бы шаг в этот коридор – мы с Франциско мгновенно его услышим и остановим.
– А вдруг люди взорвут лестницу? Вдруг у них там взрывчатка как раз на такой случай припасена, чтобы никто не смог выбраться?
– Даже если и так, – Фрэнк приобнял меня за плечи, и я тут же положила голову ему на грудь – так я себя чувствовала в бо́льшей безопасности.
– Подобный взрыв мог бы остановить людей, но не нас. Если лестница обвалится, мы просто вылезем по стенам.
– И даже если все этажи обвалятся и погребут нас под собой – мы просто прокопаем тоннель, вот и всё, – пожал плечами Дэн, доедая рагу и отставляя миску на пол. – Ты с нами в полной безопасности, детка.
– Пока я с тобой – ничего не бойся, Солнышко, – Фрэнк прижался щекой к моей макушке и стал легонько покачивать меня. – Я больше никому не позволю причинить тебе зло.
Какое-то время мы сидели молча, мне было невероятно уютно в объятиях Фрэнка, и я предпочла бы сидеть так вечно.
– До чего приятно на вас смотреть, ребятки, – с нежностью произнёс Дэн. – Эта неделя было просто невероятной. Знаешь, Ники, мы находим свою половинку единственный раз в жизни.
– Половинку? – переспросила я.
– Да. Нашу единственную. Ту, что предназначена нам судьбой. Которую мы ищем порой веками. Так что, как ты понимаешь, явление это в нашей семье невероятно редкое. Но этот понедельник был чем-то фантастическим.
– Почему?
– Ну, представь, летим мы, значит, чтобы встретиться с дочкой Коулберта. Её подменили при рождении, отдав её родителям чужого мертворождённого младенца. И вдруг выясняется, что она жива. В общем, мы сразу же полетели к ней. И вот, когда мы уже видим дом, в котором она в тот момент жила, со мной вдруг связывается Франциско и говорит: «Я нашёл её, отец».
Мне даже уточнять не нужно было – кого именно, всё было ясно по его тону.
– В понедельник утром? – я подняла голову, чтобы увидеть лицо Фрэнка.
– Да, после нашей первой встречи на школьной парковке. Обычно, чтобы узнать свою половинку, нам нужен один взгляд в глаза и одно прикосновение. Но я и по одному только взгляду всё понял. Мне хватило.
