Ники, ты сама-то как? Согласна?
И что я должна ответить? Что я не хочу ехать куда бы то ни было с этими людьми, что я не хочу подвергаться гипнозу, чтобы попытаться найти преступника, поскольку и так знаю, кто он такой? Впрочем, я вполне могу ткнуть в него пальцем, находясь «под гипнозом», поскольку буду полностью контролировать процесс. Загипнотизировать меня просто невозможно, это тоже одна из моих, – а точнее, наших, – особенностей. Я могу сделать вид, что впала в транс, а потом «вспомнить», что видела его, крадущегося от дома миссис Клиффорд.
Похоже, это моя единственная возможность указать на того, кто убил беднягу Макса и ранил миссис Клиффорд. Так что, выбора-то у меня, в сущности, и не было.
– Я согласна, – кивнула я. – Если это поможет найти преступника, то я готова помочь, чем могу.
– Вот и отлично, – обрадованно воскликнул агент Хантер. – Не волнуйтесь, сэр, мы вернём Доминику в целости и сохранности.
Мы встали, вышли из кабинета директора, и пошли по пустым коридорам – я между двоих «людей в чёрном».
Теперь я заметила, что оба они немного выше меня, что среди людей встречалось не так уж и часто.
– Извините, но выход с той стороны. – Оглянувшись, я увидела, что директор стоит в дверях своего кабинета и смотрит нам вслед. Надо же, а я и не сообразила, что меня ведут не в ту сторону.
– Мы припарковались у запасного выхода, – так же оглянувшись, пояснил ему агент Хантер. – Чем меньше внимания, тем лучше, вы же понимаете.
Мы свернули за угол, и я не увидела, как отреагировал директор.
Выйдя через небольшую дверь под лестницей – я даже не знала, что там тоже есть выход, – мы подошли к стоящей рядом с крыльцом большой чёрной машине без всяких опознавательных знаков. За рулём уже кто-то сидел.
– А я думала – мы на полицейской машине поедем, – высказала я своё удивление.
– Нет, – покачал головой агент Хантер, открывая для меня заднюю дверцу. – Мы не пользуемся полицейскими машинами, у нас есть свои.
Пожав плечами, я уселась на заднее сидение, и, к моему удивлению, агент Хантер втиснулся следом за мной, заставив меня сдвинуться по сидению и упереться в агента Эскеварию, который сел с другой стороны.
В чем дело? Почему они так по хамски – другого слова я не нашла, – себя повели? Место возле водителя пустовало, так неужели была такая уж большая необходимость так меня сдавливать? Я же едва могу пошевелиться. В это время машина сорвалась с места и на большой скорости, которая вообще-то запрещена на территории школы, рванула прочь.
