Я даже не стеснялась того, что сижу, совершенно голая, рядом с таким же обнажённым Фрэнком, под открытым небом.
Это тоже казалось совершенно нормальным и правильным. Всё же удивительно, как изменилось моё сознание буквально за какие-то дни. Но, с другой стороны, это же Фрэнк, моя половинка, часть меня, а разве можно стесняться того, что составляет с тобой одно целое? Конечно же, нет, я и не собиралась.
И, кстати, рядом со мной сидит совершенно обнажённый Фрэнк, а я сижу и теряю время, глядя на океан! Быстренько проглотив последний бутерброд, я облизала пальцы и развернулась к Фрэнку, собираясь приступить к полному и детальному осмотру того, что я прежде видела либо по частям, либо целиком, но мельком.
Фрэнк, как оказалось, любовался вовсе не океаном. Улыбнувшись тому, с каким восхищением он меня разглядывает, я легонько толкнула его ладошкой в грудь, и он послушно улёгся обратно на полотенце, предоставляя себя в моё полное распоряжение.
– Какой же ты красивый! – не удержалась я от восторженного шёпота, рассматривая и оглаживая лежащее передо мной фантастически-прекрасное и совершенное тело.
Огладив широченные плечи, выпуклые грудные мышцы и кубики пресса, я ненадолго задержалась, исследуя идеальной формы пупок – даже он был прекрасен! – а потом спустилась туда, куда меня гнало неуёмное любопытство. Фрэнк-младший приветствовал меня, застыв по стойке «смирно», большой и толстый, но это уже не вызывало у меня опасений в духе «не поместится», наоборот, я теперь на практике убедилась, что мы идеально подходим друг другу.
– Привет! – негромко сказала я, наклоняясь и поглаживая красавца по нежной головке. Он в ответ дёрнулся, а по телу Фрэнка прошла дрожь. – Ты тоже рад меня видеть, да?
– Э-э... Солнышко? Ты сейчас с кем разговариваешь? – послышался растерянный голос Фрэнка.
– С Фрэнком-младшим, – честно ответила я, поглаживая толстый ствол своего нового любимца.
Дыхание Фрэнка заметно участилось, а в его голосе послышалось недоумение.
– Ты дала имя моему члену?
– Да, – пожала я плечами. – А что? Надо же мне как-то к нему обращаться.
Возражений не последовало. Тогда я подключила вторую руку, одной двигая вверх и вниз, как уже делала в пещере, второй осторожно лаская головку, такую удивительно мягкую по контрасту со всем остальным «телом».
