К тому же и сам неплохо готовлю.
– Правда?
– Конечно. А как, по-твоему, я выживал последние девятьсот лет?
– Действительно, как?
– Если честно, то у меня большую часть этого времени были поварихи, как правило – приходящие, – признался он. – Чтобы не заметили, что обед на несколько персон я поглощаю в гордом одиночестве. В средневековье было проще – когда на вертеле жарится целый кабан, сложно заметить, сколько именно от него отъедено кем-то одним за раз. В последние полвека стало ещё проще – куча ресторанов, предлагающих еду на вынос, фаст-фут, полуфабрикаты.
Но готовить я всё же умею и сам. Конечно, шеф-поваром в ресторан меня не возьмут, но простая пища у меня получается довольно вкусно.
– А какая еда у тебя самая любимая, – поинтересовалась я.
– Кабан, зажаренный на вертеле, – усмехнулся Фрэнк.
– Я тебе говорила, что у нас тут есть свиноферма?
– Кажется, упоминала. Ты предлагаешь взять там кабанчика и зажарить на костре?
– Ну, не целого кабанчика. Можно взять мясо в цеху, а шампуры у нас есть.
"
"– Хмм, а что, неплохая идея, – загорелся Фрэнк. – Можно приготовить мясо на ужин, и твоим родственникам не придётся снова сбрасываться, чтобы нас накормить.
– Договорились, – кивнула я, а потом растерянно посмотрела на стол. – Я опять увлеклась разговором и съела окорочка с костями?
– И я тоже. Но это не удивительно – косточки такие мягкие. Мы и виноград тоже с косточками съедим. Привыкай, теперь всё стало и проще, и сложнее одновременно.
После обеда вновь начались тренировки. Поначалу я снова занималась обувью – молнии, застёжки, шнурки.
Последние мне давались хуже всего, но кое-какие успехи всё же были. Когда мне уже немного надоела обувь, Фрэнк вытащил из одной коробки кучу старой одежды. И снова – молнии, пуговицы, завязки. И снова сначала получалось плохо, поскольку и молнии на одежде были более хрупкими, и сам материал, по сравнению с обувью, намного тоньше. Но я старалась. И пусть до той лёгкости, с которой вещами манипулировал Фрэнк, мне ещё было далеко, но, сосредоточившись, свести потери к минимуму я уже могла.
В какой-то момент Фрэнк остановил тренировку.
– Достаточно. Ты устала.
– Я не устала, – покачала я головой. Действительно, физической усталости я не чувствовала, и если прежде мои мышцы обязательно затекли бы от однообразной позы – сидения на полу в позе лотоса, склонившись над очередной вещичкой, – то теперь этого не было и в помине.
– Скажем так – тебе это надоело, сильно надоело. Достаточно, а то сорвёшься.
