Только я не хотела – зачем?
Наломав дров, я вернулась к вчерашнему кострищу и решила раздуть костёр из угольков. Вспомнив, как это делали Кристиан и Брайан, я положила на угли несколько щепочек, дунула и... сдула всё содержимое кострища на траву. Повздыхав над тем, что не сообразила, что я теперь суперсильная ВСЯ, в том числе и мои лёгкие тоже, я взяла освободившееся ведро, выданное мне Айрис, и на всякий случай залила рассыпанные по поляне угольки, тем более что некоторые из них не внушали мне особого доверия.
Потом, вспомнив всё, что вчера делал Фрэнк, я трением добыла огонь и запалила совсем неплохой новый костерок.
Сначала я собиралась налить в кастрюльку воды из пруда ведром, но потом подумала, что даже целые яйца могут лопнуть во время варки, и если в них попадёт прудовая вода... Да, мне можно было не бояться никаких возможных микробов, я без какого-то ущерба для здоровья могла бы пить эту воду, но... Нет, одно дело знать, что эта вода мне не навредит, если её выпить, и совсем другое – действительно брать её в рот.
Умываться – это одно, но пить? Не-ет! Всё не настолько печально, воды в бутылках у нас – залейся. Её и использую.
Взяв бутылку с водой из палатки, я задумалась. Открывать крышку я пока не научилась, единственная попытка окончилась отломанным горлышком и облитой футболкой. Конечно, по сравнению с прошлым утром, я теперь намного более ловкая и умелая, но этого мало. Ладно, бутылку все равно выбрасывать. Так что я просто проделала пальцем дыру в стенке бутылки, и вылила через неё воду в кастрюльку.
Отлично, вода на месте, а я сухая, если не считать яйца на футболке, но это я потом отстираю.
Когда, спустя несколько минут, из палатки появился заспанный, зевающий и потягивающийся Фрэнк, я стояла на берегу на коленях и, склонившись над водой, полоскала в ней подол футболки, и так была сосредоточена на том, чтобы не порвать её, что ничего вокруг не видела и не слышала."
"– Какое очаровательное зрелище, – услышала я за спиной, дёрнулась от неожиданности, и кусок подола остался у меня в руке.
Я взвыла от разочарования, но, обернувшись, застыла, любуясь Фрэнком, заспанная улыбка которого была совершенно неотразимой. Не сразу я сообразила, что он имел в виду, а когда поняла, то залилась краской, представив, что именно он увидел, выйдя из палатки – мой не прикрытый футболкой, виляющий зад. Да уж, не самое эстетичное зрелище, хотя ему, кажется, понравилось.
