Потребуется время, чтобы научиться «ставить стену», а потом и удерживать её. Но ты обязательно научишься.
– Я понимаю, что будет непросто. Вот сейчас я обратила внимание на птиц, и теперь никак не могу вновь отстраниться от их пения. А поют они намного громче, чем раньше.
– Это ты слышишь их лучше, чем раньше. Но если ты отвлечёшься, то снова перестанешь их слышать. Точнее – замечать.
– Ага, вот только если ты стараешься о чём-то не думать, то думаешь только об этом. Хорошо хотя бы, что я не слышу ещё и их мысли – вот был бы кошмар! Сочувствую мужу Энжи – мало ему голосов наяву, так ещё и мысли всех окружающих.
Он на большом расстоянии их слышит?
– Да, в несколько миль. Но он тоже умеет отстраняться. И от слов, и от мыслей."
"– Это хорошо. Полезное умение. Но мне всё равно не хочется возвращаться в посёлок, где так много народа. Жаль, что нельзя остаться здесь. Было бы здорово – и тихо, и ломать тут особо нечего, я же теперь всё ломать буду, да? Но...
– А что, мысль неплохая. Место тут чудесное и достаточно уединённое.
Холода ты и раньше не боялась, а теперь – и подавно. Здесь вполне можно расположиться с удобствами.
– Кстати, об удобствах, – мой организм, словно среагировав на это слово Фрэнка, дал мне знать об ещё одной насущной проблеме, которая прежде как-то отодвигалась на второй план. – Похоже, нам всё же придётся позвать Рэнди.
– В чём дело, Солнышко? Если нужно, я её позову.
– Так не хочется её дёргать... Но больше ни с кем из женщин у тебя «связи» нет.
.. Впрочем, можно попросить Рэнди прислать сюда Оливию.
– А я точно не смогу тебе помочь?
– Нет! – мне удалось покачать головой, хотя со стороны это, наверное, выглядело как вибрирование, не более. – Мне нужна женщина. Мне надо... – я зажмурилась и одними губами произнесла: – Пописать.
– Так в чём проблема? Писай.
Я открыла глаза и укоризненно взглянула на Фрэнка. Обязательно было произносить это вслух?
– Прямо здесь?!
– Солнышко, мы в воде, посреди пруда. Тебе даже трусики снимать не нужно – на тебе их нет.
Мои, уже почти остывшие щёки, вновь полыхнули жаром.
– Ну, не у тебя же на руках! – едва ли не простонала я, умирая от смущения. – И... и не здесь же, где мы стоим. Ну, так нельзя же. Я не смогу!
Ну, как, как ему объяснить, что одна мысль о том, что он будет стоять в воде, где плавает моя моча, приводила меня в ужас? Впрочем, до него, кажется, дошло.
– Хммм... Кажется, у меня есть план. Только тебе придётся капельку потерпеть.
