Впрочем, мы все рождаемся в начале мая, плюс-минус несколько дней. Напишу... ну, допустим, седьмого. Вряд ли они успели запомнить дату своего рождения. И не факт, что в их последних документах она была настоящая.
Пока мужчина делал запись, девушка провела пальцем до левого верхнего угла рисунка.
– Гейб, а у тебя день рождения не записан.
– Не только у меня.
– Действительно... А почему?
– Миранда, ты снова забываешь, когда я родился! Тогда в Англии и календаря-то не было. Собственно, и самой Англии, как таковой – тоже.
Так что мы и года рождения своего не знали, не то что дня.
– Но тут же написано... – И, поймав ироничный взгляд мужчины, тут же стукнула себя ладонью по лбу. – Ваш цикл! Вы вычислили, верно?
– Верно. К счастью, Алекс исправно снабжал нас своими потомками, мало когда умудрялся цикл пропустить. Так что высчитать было не сложно – каждый помнил появление следующего после себя малыша, так что мог сказать, был ли он сам в то время ребёнком, или папаша оплошал и пропустил очередную возможность пополнить семью.
Так что, когда календарь уже был чем-то постоянным, мы смогли составить первое древо. Нас тогда немного было, меньше полусотни.
– А вот тут, я смотрю, большой временной пропуск. – Пальчик девушки продолжал путешествовать вдоль верхней кромки рисунка. – Ого, почти в двести лет.
– Это когда мы в Америку перебрались. Помнишь, я рассказывал? Человеческих женщин в округе почти не было, так что даже Алексу не удалось хоть кого-то отыскать – мы постоянно двигались вглубь континента, держались вдали от белых людей.
А индейцы нас сторонились. Они ближе к природе, так что инстинктивно чувствовали в нас... нелюдей. Даже обаяние Алекса на них не действовало. Так что дети у нас в семье исключительно от белых женщин.
– Понятно. А вот эти зелёные линии что означают? Вот эта аж на пару футов идёт.
– Это – супруги. Черные линии соединяют родителей с детьми, синие – человеческих жён с мужьями, а зелёные – браки внутри семьи.
– А какой линией ты соединишь наши значки? Я же буду не человеческая жена, но и не из вашей семьи.
– Даже и не знаю. Раньше у нас такого просто не случалось. У меня есть только чёрная, синяя и зелёная тушь.
– А ты смешай синюю и зелёную. Получится аквамарин.
– Точно. Так и сделаю.
– А Гила и Герба ты тоже к близняшкам аквамариновыми линиями присоединишь?
– Не напоминай! – буквально застонал мужчина. – Никак я их пока присоединять не стану, пусть малышки подрастут сначала. А там посмотрим.
