– Не так быстро, юноша, – ехидная, плотоядная улыбка расчертила лицо человека, которого боялась вся столица. – Никому не двигаться! Никому не покидать квартала! Территория оцеплена моими людьми! Дело переходит в руки Тайной Канцелярии!
Глава 961
Хаджар смотрел на лежащего перед ним мальчишку. В луже крови, с рассеченной грудь, он сжимал обломок своего меча. Вторая половина улетела куда-то сквозь пронзенный энергиями и мистериями потолок.
Хаджар развеял Синий Клинок и посмотрел на бледную мать ребенка. Она не смела даже пошевелиться.
– Ты… силен… Дархан.
Парис, хрипя, сплевывая кровью, поднялся на ноги. Шатаясь, он держал перед собой клочок стали, лишенный всякой силы – бесполезный, сломанный артефакт.
– Я… пока… не смогу… победить тебя.
Хаджар смотрел на этого ребенка. В его крахи глазах так и не появилось страха. Лишь сожаление. Сожаление о том, что он был слишком слаб. Слишком слаб, не чтобы победить, а чтобы защитить единственного, по-настоящему родного ему человека.
Много ли десятилетних мальчиков, у которых с рождения лежал весь мир у ног, могут похвастаться такой волей, таким внутренним стержнем, такой силой и такой честью.
Хотя, пожалуй, они и не станут хвастаться.
– Однажды я пощадил того, кого должен был убить, мальчик, – слова давались Хаджару тяжело. – Слишком многим это стоило жизни.
– Тогда… не медли… Дархан, – Парис тяжело дышал. Его руки дрожали. Но не от страха, а от слабости. – Только… прошу… выполни мою просьбу.
Хаджар смотрел на мальчика, стоявшего перед ним, но все так же видел самого себя.
Видел Элизабет, стоявшую позади, и видел в луже крови Примуса.
Сколько лет он ненавидел дядю за то, что тот сделал. Сколько ночей посвятил себя мыслям о мести, и сколько сил давали ему эти мысли.
И сколько пустоты затем принесли."
"– Почему ты не хочешь меня убить? – вдруг спросил Хаджар.
– Почему… я должен… этого… хотеть? Ты – герой… нашей страны.
– Из-за меня погиб твой отец.
Брови Парис нахмурились и он сделал шаг назад.
Но не чтобы быть подальше от Хаджара, а чтобы быть ближе к матери.
– Он… обижал… маму. Сильно… обижал.
Хаджар вздохнул и посмотрел на усыпанное звездами ночное небо. Струи дождя смывали с его лица чужую кровь. Она стекала и с прекрасных одежд-доспехов, сшитых Королевой Мэб. Они вновь блестели и поражали узором плывущих по небу облаков.
Хаджар однажды уже совершил ошибку, которая едва не обернулась катастрофой.
Хаджар принес клятву, которую не мог нарушить.
