Складывалось впечатление, что все тайны и секреты лежат перед Императором как на ладони. И стоило больших трудов, чтобы убедить себя, что это иллюзия и не поддаться нервному мандражу. – Битвы на границе и так не стихали на протяжении многих веков. У нас – Ярость Смертного Неба, у Ласкана – более способные Великие Герои. Если бы не смерть Оруна, то война бы, скорее вcего, так и не началась. Но, увы, равновесие восстановилось только сейчас, когда перчатки уже брошены в лицо.
Хаджар прекрасно понимал, в какую степь клонить Морган, но решил использовать выжидательную тактику.
И, спустя десять секунд тишины, Морган бросил на стол свой первый козырь.
– Твое триумфальное появление на поле битвы, разумеется, не останется без внимания, юный Хаджар, – Морган щелчком пальцев отправил в рот еще одну виноградину. Даже этот пижонский жест в его исполнении выглядел преисполненным стати и чести. – Внимания каждой из империй. И, особо пристального со стороны Ласкана, разумеется. Именно поэтому я так рад, что ты использовал местоимение “мы”.
– Здесь моя родина, – ответил на скрытый намек Хаджар. – И, я думаю, вы уже давно выяснили мое прошлое и мои взаимоотношение с Империей Дарнас.
– Лидусу приходилось тяжело, – не стал отрицать очевидного обладания данными Император. – Как и многим другим мелким государствам под нашим контролем.
– Возможно, но я был рожден именно в Лидусе.
– Наместник не лишил жизни ни единого гражданина Лидуса, – напомнил Морган.
Хаджар уже собирался ответить, но осекся.
Он понял, что первый раунд проиграл в чистую. Император дернул его в ту сторону, которую и требовалось.
– Я под присягой Дарнасу, Ваше Императорское Величество. Я проливал кровь за Дарнас, частью которого теперь является и моя малая родина. Ваши подозрения в моей возможной измене – оскорбительны.
Морган развел руками.
– Мои глубочайшие извинения, воин Хаджар Дархан, за мою подозрительность –положение обязывает.
Обменявшись светскими “пасами”, двое вновь замолчали.
– Ты овладел техникой Шага Белой Молнии на Императорском уровне, Хаджар. Подобному знанию не положено владеть без моего разрешения, – положил на стол уже второй козырь Император. – Мы можем это лишить двумя клятвами. Первая – ты клянешься никогда её не использовать.
– Это мало вероятно, – покачал головой Хаджар.
– Я это прекрасно понимаю, – улыбнулся Император. Той улыбкой, после которой заяц редко когда видит что-то иное, кроме клыков лиса.
