– Да, следил, – подтвердил Калиндри. – И, как видно, правильно делал. Теперь отдышитесь по-быстрому, и уходим отсюда: от этого места мурашки по коже.
Джербер глубоко вдохнул и выдохнул. Тошнота проходила.
Тем временем Калиндри продолжал его тормошить.
– Можете объяснить, зачем вы проникли в квартиру?
Джербер повернулся к комнате со столиком и свечами. В голове у него еще звучал веселый смех малыша Батигола. Интересно, как отнесся бы сыщик с карманными часами к известию о его недавнем свидании с призраком? Психолог расхохотался.
– Это еще что? – осведомился Калиндри. – Чему вы смеетесь?
Но Джербер смеялся нервным смехом.
– НС, – сказал он, используя аббревиатуру, которые так нравились частному детективу. – Ничего серьезного, – расшифровал он.
Калиндри исследовал его зрачки.
– Мне кажется, вы ПДН.
– Что? – спросил Джербер сквозь слезы.
– Под действием наркотиков.
Это замечание вызвало очередной приступ веселья. Потом Джербер стал понемногу успокаиваться. Последнее наблюдение Калиндри заронило ему в голову некую мысль.
Смешливость, которая на него накатила, могла быть остаточным эффектом. Он с трудом поднялся.
– И куда вы теперь?
Игнорируя вопрос, Джербер снова направился в конец коридора. Пошатываясь, взял свечу с круглого столика, понюхал всего мгновение: тот самый сладковатый запах.
И сунул свечу в карман.
А Калиндри пытался прикинуть, насколько серьезна передряга, в которую он впутался.
– Мне следует волноваться?
– Нет, все хорошо, – заверил его Джербер, возвращаясь.
"
"– Когда мы с вами познакомились, у вас уже был ужасный вид. Но сейчас вы выглядите еще хуже. И дело не только в синяке на пол-лица, и не в перевязанном пальце, и не в том, что вы шатаетесь, будто вылезли из центрифуги.
Джербер попытался прийти в себя.
– Я ожидал найти ответ. И думаю, получил его. – Он всеми силами старался изображать спокойствие, но Калиндри, ясное дело, ему не верил.
– Значит, я могу предположить, что вы не ввяжетесь в другие неприятности?
– Можете, – заверил его Джербер.
Калиндри пришел на помощь, и психолог был и впрямь ему благодарен. Кто бы ни приготовил мизансцену с семью зажженными свечами, он мог вернуться и воспользоваться тем, что Джербер потерял сознание.
Театрик духов специально для меня, сказал он себе. Но не мог уловить, с какой целью разыгрывалось представление. И боялся эту цель обнаружить.
Ему нужны были дальнейшие объяснения. И искать их можно было только в одном месте.
