Морское путешествие заняло четыре добрых дня по двадцать четыре часа, мы не слишком утомляли себя – ведь мне нужно было вернуть силы. За все это время с нами ничего особенного не случилось, только однажды мы видели, как огромный зверь выбрался из моря на берег, ел и валялся на траве. Однако это произошло слишком далеко от нас. Эта тварь не вселяла в нас ужаса; мы только радовались тому, что находимся далеко от нее; этим я хочу сказать, что мы имели дело с животным и близость нежити не беспокоила наши души. То же ощущали мы, встречая прочих обитателей той страны; мир сей воистину напоминал мир первобытной земли, исчезнувший за далью времен.
Правду говорит старая поговорка: крайности действительно сходятся, хотя положение это вовсе не очевидно. Однако оно подытоживает все, что мы знаем о Первых Днях нашего мира и о Последних, описанных в моем повествовании. Ибо Мир, прятавшийся в недрах земли перед Концом Времен, населяли животные, достаточно похожие на тех, что жили при их начале. Впрочем, быть может, это лишь кажется мне; ведь существует Высшая Сила, властвующая над всеми обстоятельствами.
Тем не менее, она всегда остается вне мира – так, во всяком случае, полагает мой разум.
Однако многое – а возможно и все – зависит и от обстоятельств, и от условий. Тем не менее, каждому существу присуща своя внутренняя сила, которую могут исказить скверное воспитание и порочные плотские связи – ведь мерзкие Чудовища Ночной Земли были потомками и людей, и зверей. Впрочем, скрещивание не всегда дает чудовищные плоды, но чаще всего остается бесплодным.
Итак, каждому существу присуща своя внутренняя сила, таинственным образом определяющая его природу. И если вам нужен пример, я назову Человеческий Дух… вне зависимости от того, считаете ли вы его причиной Жизни или только Результатом воздействия природных условий, там, где обитает сей Дух, есть и человек. И не следует думать, что человек представляет собой нечто постоянное; иногда, не слишком отличаясь от нас с вами по виду, он бывает совершенно неразвит в высоких материях, потому что не испытывал потребности в них.
Однако высшие потребности человеческого духа возвышают и плоть, которая, в свой черед – и в наши времена и в том далеком будущем, о котором я повествую, – воздействует на дух. Однако никакое развитие никогда не сделает из человека нечто иное: у всего есть предел, а в особенности у человека. Впрочем, мне кажется, что линия развития человека соединяет две точки, не слишком далеко отстоящие друг от друга.
