Ей нравилось чувствовать себя хозяйкой положения, так сказать, матроной, во всех отношениях положительной. Вот племянницу горемычную подобрала. На улицу не выкинула, а держит у себя, дает угол и принимает родственное участие. Жаль только, что, выйдя на пенсию, Верочка растеряла всех подруг — не с кем обсудить свое житье-бытье, свое хорошее к племяннице отношение, не с кем поделиться и пожаловаться тоже некому. Вот и приходится разговаривать самой с собой, когда племянницу унес черт на второй этаж!
Может, запретить ей туда дорогу? Это очень просто — сказать, чтоб не смела туда ходить, она и не станет.
Куда же ей деваться от тети Верочки? В Москве ни кола ни двора, а та, со второго, жить ее к себе не возьмет, небось, не такая она, как Верочка, добрая и справедливая!
Думать о том, что можно запретить и больше не разрешать что-то другому человеку, было приятно, и тетя Верочка сразу как-то приободрилась и стала думать, как она запретит.
Так она и сделает. Сейчас племянница явится, и Верочка ей скажет: нечего шататься по чужим квартирам, сидела бы себе дома, делами бы занималась, — тут она опять длинно зевнула.
Вечер никак не кончался, и вообще все дни у Верочки были длинные-длинные, скучные, одинаковые. Одна отрада — телевизор, да племянница, может, вкусненького приготовит.
Вот в прошлый раз захотелось торта, и племянница за ним пошла было, но тут эта Парамонова, старая дура, взяла и повесилась!.. И осталась Верочка без торта.
Ее не особенно интересовали дела, творящиеся в доме.
У нее на окнах щиты железные, и дверь тоже железная, а что там за щитами и дверьми, нам дела нет, пусть хоть они все в преисподнюю провалятся! Вот взрыва Верочка испугалась, потому что взрывом-то весь дом могло завалить вместе с ней! Она даже сыну звонила, жаловалась, все подъезжала, чтобы они ее к себе забрали, стара, мол, зажилась на этом свете и все такое, но они не забрали. Тетя Верочка и не собиралась никуда переезжать и попытку предприняла просто так, для проверки сыновних чувств.
Впрочем, на сыновние чувства ей тоже было почти наплевать.
Да где это племянница пропала, пора бы уж ей домой вернуться! Знает же, что тетка одна и… скучает. Она почти всегда скучала, с тех пор, как ушла на пенсию.
В дверь позвонили, когда Верочка начала задремывать под программу «Чрезвычайное происшествие». Эту программу она тоже очень любила, потому что та ее пугала, а пугаться тетя Верочка любила.
