На душе мигом стало куда теплее и светлее, путы злобы и ненависти начали постепенно ослабевать и отпускать меня. Я снова смог нормально вдохнуть. Понимаю, что она говорила так трогательно под влиянием стресса, но всё равно было приятно это слышать.
— Так будет теперь всегда. Это всё… я виноват. Оставил тебя одну. Не дал понять вовремя, что ты значишь для меня. Не дал защиту.
В её глазах появилось удивление. Мои внезапные откровения её сбили с толку. Может, и неуместно это говорить сейчас — но я как чувствовал, так и сказал.
— Не вини себя, — покачала Аня головой. — Ты здесь точно ни при чём.
— Да. Но я постараюсь впредь предотвращать такие истории.
Взял её лицо аккуратно в ладони и, глядя в глаза, сказал:
— Больше никто тебя не обидит, Аня. Ты под моей защитой. И каждый, кто тебя тронет — заплатит лично мне.
Она вновь прижалась ко мне, ища той самой защиты. Трогательная, маленькая девочка, характер которой надломили какие-то гады, заставив обнажить свою нежность и женственность. Какой я дурак, что не понимал этого раньше — вот ключик к Ане.
Она хочет крепкое плечо рядом, защитника, опору. Да и разве я мог подумать, что она настолько уже проникла в мою жизнь, что я захочу стать для неё кем-то большим, чем просто тем, с кем приятно можно провести время? Не мог. Не хотел признаваться себе в этом. Но теперь у меня не было ни единого сомнения — я порву за неё любого.
— Сегодня переночуем здесь, а завтра я отвезу тебя домой, — шептал я ей на ухо, растворяясь в её запахе, тепле, её руках.
Сейчас между нами ни намёка на секс, а мне всё равно кайфово быть рядом и знать, что она в безопасности под моим боком.
— Нет, — вдруг резко ответила она и отпрянула от меня. — Я не вернусь домой.
— Значит, это случилось возле твоего дома? — не смог я удержаться и зацепился за её слова.
— Да. Я не… не смогу туда вернуться. Я не пойду! — она вдруг заплакала.
Я не ожидал и растерялся на миг. Нежная и слабая Аня — это нечто новое для меня.
— Всё-всё, — притянул к себе на грудь плачущую девчонку и стал баюкать.
— Мы не пойдём туда.
Когда приступ истерики у неё прошёл, она спросила уже довольно спокойно:
— А куда же я пойду? Мне некуда идти. Родителей ведь у меня нет, — растерянно произнесла Аня.
Ещё и родителей нет у неё? Так у неё вообще нет никакой опоры на этой планете. Она совсем одна. Вдвойне придурок я! Даже досье на неё не смотрел. Нужно будет исправить эту ситуацию. Теперь я хочу знать о ней всё до того, как она расскажет сама.
