К чему теперь эти реверансы?!
- Так ты теперь на него работаешь? - ужасаюсь. - А я вам кто? Кукла, которая для красоты стоит? Может, тебе все дела передать? Будешь сам рулить, раз ты такой преданный и самостоятельный!
Ремисов отшатывается, будто я его ударила. А я уже больше не сдерживаюсь.
- Кому еще ты растрепал про ребенка? Всем? Или, может, ты еще и продал меня за хорошую должность? ЧТО ОН ТЕБЕ ПООБЕЩАЛ?
- Что бы ты себе ни придумала, я на твоей стороне, - глухо выдает он. - Я слово дал Богдану. И я сдержу его.
- Как я могу тебе доверять, если ты все делаешь у меня за спиной? Как? - в отчаянии спрашиваю я. - Если ты не веришь в меня! Никто из вас не верит…
Ремисов неожиданно делает шаг ко мне, берет за плечи и настойчиво встряхивает.
- Ты неправильно все понимаешь, - качает он головой. - Я верю. Но сейчас… - его взгляд скользит вниз, к моему животу. - Это важнее. Ты сама себе потом не простишь. Ты должна беречь себя. Беречь его, Оля. Богдан хотел бы этого.
- Откуда ты знаешь, чего он хотел? - устало спрашиваю.
Это даже не вопрос, так, скорее, просто слова в пустоту.
- Я знаю, что он хотел обезопасить тебя. И уверен, вашего ребенка тоже. Сделай это в память о нем. Сбереги себя и его.
Нервно дергаюсь, отхожу. Мне неуютно от его нотаций. В чем-то прав, конечно. Но я так хочу определенности. Так хочу сделать хоть что-то, доказать, что я тоже чего-то стою.
- Тебе не обязательно быть на передовой, - уже мягче добавляют мой все еще помощник. - Ты не одна. Помни об этом.
Он уходит, а я понимаю, что так и не получила ответы на свои вопросы.
Из-за эмоций.
“Ты думаешь тем, что здесь, а должна тем, что здесь… Отключай эмоции принцесса”
Закрываю глаза, вспоминая наставления Богдана. Он был прав. Во всем прав. И как же мне его не хватает.
Кладу ладони на живот. Я должна сохранить то единственное, что по-настоящему важно. Даже если ради этого придется заткнуть свое самолюбие подальше.
Оля"
"После похорон мне все же пришлось встретиться с Багровым и спокойно обсудить то, что произошло.
Он еще злился, но был сдержан и больше не делал никаких намеков. Авдей тоже больше не возвращался к тому разговору.
Как оказалось, за выстрелом, от которого меня спас Феликс, стоял Каганович.
Мой вроде как двоюродный дед.
А все потому что хотел получить наследство брата. Банально, но вот так.
Красильникова все же взяли. Он сознался, что решил отомстить Богдану за то, что тот не только забрал бизнес у его партнеров Башировых, но и опозорил их всех, сделав изгоями.
