Чем дольше остаюсь одна, тем больше думаю о новых обстоятельствах.
Определенно сдаваться я не стану. Что случилось, то случилось. Но мы еще повоюем.
Когда приезжает Заславский, я уже на пределе. Я не привыкла сидеть взаперти, когда себя нечем занять. Тем более скоро уже начнется учеба, а я так и не подала документы, упустив все сроки."
"Едва вижу машину мужа, выбегаю из дома. Он успевает дойти до крыльца, когда я оказываюсь достаточно близко, чтобы можно было разговаривать.
- Мне нужно увидеться с отцом, - требовательно произношу.
За эти дни я много раз репетировала свою речь. Но сейчас под его мрачным равнодушным взглядом я слегка теряю свою отвагу.
- Нет, - отрезает он, обходит по дуге, но я догоняю и снова встаю перед ним.
- Богдан, я хочу к отцу! - повышаю голос.
- Что я говорил насчет тона? - мне бы услышать, понять угрозу в его голосе, но меня уже несет.
- Я. Хочу. К отцу!
- Твой отец мертв. Застрелился в день свадьбы. Так достаточно понятно, что это невозможно?
Я рвано хватаю ртом воздух. Стою не в силах даже слово произнести.
Потому что не верю. Этого не может быть. Ведь отец никогда бы…
- Ты врешь!
- Показать свидетельство о смерти?
И опять это равнодушный холодный тон.
- Ты должен был сказать! - кричу, захлебываясь той пустотой, что открывается в груди. - Должен!
Муж хватает меня за локоть и волоком тащит в дом. Я брыкаюсь, кричу, ругаюсь. Обзываю ему и мудаком и бесчувственным чурбаном. А когда мы остаемся одни в спальне, резко замолкаю.
Потому что ловлю его совершенно злой взгляд.
- Я тебя предупреждал, Барби. Но ты ведь не понимаешь, да?
То колючее спокойствие, что сквозит в каждом слове пугает сильнее, чем если бы он ругал меня. Выдержка Богдана колоссальна. Но я понятия не имею, что скрывается за ней. Он словно в ледяной броне, и через нее не пробиться.
Муж наступает, а я медленно пячусь назад.
- Ты должен был сказать мне… - упрямо повторяю. - Я имела право знать…
- В день свадьбы? Чтобы ты сидела с траурным лицом в ресторане?
- Он мой отец!
- Еще недавно ты его ненавидела, - ухмыляется Заславский.
- Раздевайся.
- Что?! Нет!
Пытаюсь уйти в сторону, но муж разгадывает мой маневр и ловит, прижимая к себе спиной.
- Не надо, - испуганно сиплю, чувствуя желание Богдана.
- Надо, Барби, надо. Ты ведь не понимаешь по-хорошему.
Его рука шарит под футболкой, а я как назло без белья, сжимает грудь, и это вызывает ненужные воспоминания.
- Я не могу. У меня месячные! - тараторю, когда Заславский уже стаскивает с меня шорты.
