Аккуратно вылезла из-под груды одеял, накинула шаль, обула боты и указала подруге на дверь.
— Он жив? — думаю, она поняла о ком я спрашиваю.
— Да, эту тварь не так-то просто убить. Мы не могли ослушаться Герцогиню, но нам все равно не понятно, зачем ты оставила ему жизнь? Его смерть многое бы решила, Лора, — она шептала, ставя на огонь у шатра чайник.
— Если мы начнем убивать без суда и следствия, мы уподобимся им. Сейчас у нас есть свидетели, и король Альдербана имеет право судить его лично, поскольку все произошло на его земле, — я приняла из ее рук кружку с отваром, он был чуть теплый.
— Калерия сказала поить тебя каждые пол часа вот этими травами, ты много пережила. А еще, тебе нужно лежать. Ты не падала? — она смотрела на мой живот.
— Нет, я не падала, он не тронул меня, он держал Дина.
— Да, мальчик нам все рассказал. Николя связан, и мы не нашли ничего лучше, чем держать его под конюшней. Дюбар сделал там подземелье, и никто кроме Карла не знает о нем, оно планировалось, чтобы спрятаться там, если на новый замок нападут.
Даже наши солдаты не знают о нем. Ночью мы перетащили его туда.
— Ты не представляешь, как я ненавижу его, Калла, как я мечтаю своими зубами разорвать его грудь, чтобы увидеть, есть ли в этой груди сердце, но мы должны дождаться Герцога. Он отвезет его в Альдербан. Такой исход мне нравится больше. Да и фанатики, думаю, ослабнут, потеряв своего мессию.
— Не думаешь же ты, что у него нет продолжателей.
— Не думаю, но таких умных и подлых, вряд ли.
Нужно вести жизнь, словно ничего не произошло, сейчас я оденусь, и мы посмотрим южную часть виноградника, Калла, там тоже пора закончить вырубку, иначе, она останется не обработанной до следующего года и будет портить весь вид, — я выдавила вымученную улыбку.
— Идем, я помогу тебе.
— Я надену брюки и тунику, так удобнее ходить между лозами, и тебе советую, иначе, порвешь подол у всех платьев, — Калла согласилась. Я была счастлива, что обрела такую подругу.
Весь день мы провели среди лоз, и я начинала чувствовать себя много лучше — дыхание настраивалось, сердцебиение больше не отдавалось ударами колокола в груди.
Все наладится, и жизнь пойдет как прежде, я не хочу жить в замке короля, мое место здесь, в Долине, где мой виноград, где теперь могила моего любимого. Здесь у меня будет дом и здесь родится мой ребенок.
Отец пришел ближе к вечеру, и рассказал, что люди Николя волнуются, и ищут его. Я уверила, что понятия не имею где он.
