* * *Оля все еще была в доме Краснощековой, убиралась на втором этаже. Валерия Юрьевна поднялась наверх и попросила ее накрыть на стол. Увидев, что я вернулась, Ольга покраснела как школьница, наябедничавшая директору на свою учительницу. Дальше – больше. Она то кофе проливала на стол, то ложку роняла на пол, в общем, сильно занервничала девушка. Это заметила не только я, но и ее хозяйка.
– Да что сегодня с тобой, дорогая моя? Если ты устала – скажи. Я тебя отпущу.
Прислуга отчаянно замахала руками, давая понять, что она полна сил и энергии.
Когда Оля вновь поднялась на второй этаж, Валерия Юрьевна глубокомысленно заметила:
– Возможно, разгадка где-то рядом.
Краснощекова подозревает уже и свою домработницу! Это было очевидно, но она отнюдь не спешила обсуждать со мной эту тему. Мне показалось, что Валерия Юрьевна была бы рада обмануться. Не то, что в случаях с Осташкиной и Урюпиным. Откровенно говоря, я не понимала, за что она так ценит свою домработницу. Кофе, который та сварила, показался мне отвратительным.
Зеркало, которое Ольга сегодня так старательно протирала, было все в разводах. Если постараться, то придраться можно было бы ко многим недоделкам с ее стороны.
Наконец позвонил Кирьянов. Чем дальше он говорил, тем больше я утверждалась в той мысли, что попала в плен собственных заблуждений и увлекла за собой и свою клиентку. Обстоятельства, которые до сих пор складывались в некую конструкцию, рассыпались в один момент.
– Татьяна Александровна, что с вами? Вы как-то изменились в лице, – заметила Краснощекова.
– Валерия Юрьевна, дело в том, что утопленник из Волги – не ваш муж.
– Не может быть! Ведь очень многие приметы совпадают – вставные зубы, шрам от аппендицита, родимое пятно на щиколотке… Я уже даже готова признать, что у него был вросший ноготь.
– Ваш муж умер по дороге в больницу, и его доставили прямо в морг?
– Да, к сожалению, это так. Могу себе представить, что там делали с ним эскулапы, как они распотрошили его!
Я тоже живо вообразила, как Шура Шильдиков сосредоточенно склоняется над трупом.
"
"– Вот именно. Кроме рубца, свидетельствующего о вырезанной когда-то слепой кишке, на теле вашего мужа должны были иметься и другие швы, характерные для посмертной экспертизы. А у того утопленника, после того как с него сняли одежду, ничего подобного не нашли. Хотя смерть его наступила еще до того, как он оказался в воде. Простите, что ввела вас в заблуждение. Как говорил один поэт, гораздо проще найти ошибку, чем истину.
