Возможно, даже строил какие-то планы на совместное проведение вечера. Во всяком случае, у него на столе лежал буклет ресторана «Брудершафт». Дмитрий Александрович периодически брал его в руки, перелистывал и снова клал на стол, но уже ближе ко мне. Я показала ему полусапожки, оторванную «собачку», потом сунула ему под нос коробку – той стороной, где излагалась вся информация о производителе обуви.
– Кто бы мог подумать, что такая известная фирма тоже грешит браком? Лично я впервые с таким случаем сталкиваюсь.
– В дверь постучали. – Ну кто там еще? Входите!
Дверь открылась, и в кабинет вошел курьер.
– Здравствуйте! Вы – Урюпин Дмитрий Александрович? – осведомился молодой человек.
– Да. А в чем дело?
– У меня для вас письмо. Получите и распишитесь, вот здесь, пожалуйста.
– Странное письмо. А где обратный адрес? – Урюпин стал крутить в руках конверт. – Это от кого?
– Это вне моей компетенции, – курьер подсунул хозяину кабинета свою ручку.
– Ну хорошо, – сказал тот и поставил в журнале размашистую подпись.
Когда курьер ушел, Урюпин извинился передо мной и вскрыл конверт. Я внимательно наблюдала за выражением его лица, когда он читал написанное мною послание.
«Дмитрий Александрович, вы хорошо знаете Гражданский кодекс, а как насчет Уголовного? В частности, насчет его двести сорок четвертой статьи? У меня есть доказательства, что она была написана как раз для вас. Представляете, как мои материалы взбудоражат общественность? А себя на зоне по такой тухлой статье вы представляете? Впрочем, я готов продать вам улики.
Сегодня они стоят десять тысяч баксов. Завтра они будут стоить уже дороже. Если вы согласны, напишите, – я оставила в письме адрес электронной почты, – иначе через три дня улики уйдут в прокуратуру и в СМИ»."
"Откровенно говоря, я была разочарована реакцией Урюпина. Он оказался настолько толстокожим, что разглядеть не то что испуга, но даже простого удивления с его стороны я не смогла. Можно было подумать, что он получил стандартное деловое письмо, какие попадают к нему каждый день пачками.
Дмитрий Александрович убрал послание от неизвестного шантажиста обратно в конверт и положил его в ящик. Затем мы вернулись к моему вопросу. Правда, минут через пять Урюпин встал, подошел к стеллажу, достал брошюру с Уголовным кодексом и принялся ее листать. Вероятно, решил уточнить, о чем говорится в двести сорок четвертой статье УК РФ. Дмитрий Александрович озадаченно потер лоб, а потом вдруг расхохотался.
