Что ж я так поплыл-то…
— Тебе папа запретил? — поднимает свои большие глазищи в пол-лица и смотрит так доверчиво, что хочется сдохнуть.
— Нет, Арина, не папа. Я сам так решил.
Это правда. Если бы дело было в одном Глебе, не факт, что я бы стал так себя мучить. И ее тоже.
— Но почему, Демид? — ее глаза вновь наливаются слезами. Этого только не хватало… — Ты же тоже хочешь, я чувствую.
Еще бы ты не чувствовала, малышка, он тебя сейчас насквозь проткнет. Смеюсь ей в волосы и позволяю себе еще немного так постоять, прижимая к груди хрупкую девочку, которую должен отвезти к папочке и сдать с рук в руки.
Угораздило же нас влететь во все это… Ну почему ты не старше, хоть бы двадцать два-двадцать три тебе было? Меня бы не так совесть мучила.
— Садись, — открываю дверцу, сажаю Арину на пассажирское сиденье. Сам обхожу машину и сажусь з руль. — У отца угнала?
— Это моя… — хлюпает, — мне папа подарил.
— Любит он тебя, Арина.
— Любит! — вскидывается безнадежно. — Так что замуж готов отдать, за этих…
Закрывает руками лицо, поворачиваюсь к ней.
Отнимаю ладонь, глажу большим пальцем запястье. А хотелось бы не так, только так как хотелось бы нельзя лаже думать.
— Расскажи, — требую. Он там ебанулся, друг? Что это за финт с женитьбой?
Она говорит, всхлипывая, а я лишь с силой сжимаю руль. Договаривает и снова роняет лицо в ладони. Я молчу, потому что из всех слов сюда подходят только маты. А она все-таки девочка. И он ее отец.
Завожу двигатель, трогаюсь с места.
— Куда ты меня везешь? — выглядывает из-за ладошек.
— Домой.
— Я не поеду, — дергает за ручку. Съезжаю на обочину.
— Послушай, малыш. Глеб твой отец, и он тебя любит. Он мне говорил, что выдаст тебя замуж за границу, у него там даже на примете кто-то есть. Я не верю, что он бы серьезно тебя за кого-то из этих ушлепков отдал.
— За границу? — Арина разворачивается, подбирая под себя ногу. — Он тебе говорил?
Молча киваю, упираясь руками в руль. Она потерянно оглядывается, как будто ее потенциальный жених сидит тут же на заднем сиденье.
— Но я не хочу замуж, Демид. Ни за кого из них. Я… я за тебя хочу!
Ну пиздец. Я знал, что все этим закончится, чувствовал. Ну блядь же…
— Женись на мне, Демид! — Аринка хватает меня за пальцы, тянет к себе руку. Разворачиваюсь, мягко высвобождаю руку и сгребаю ее замерзшие ладошки в свои.
— Успокойся, малыш, никто ничего не сделает без твоего желания. Твой отец не зверь, и он тебя любит.
