Семья Милия жила в столице начиная с середины девятнадцатого века, – так что Отар являлся настоящим коренным москвичом из тех, что говорят «булошная», «молошная», «прачешная» и сильно акают. В бандитские девяностые двадцатого века он не связывался ни с одной преступной группировкой и не имел друзей, бегавших с оружием по улицам. Он купил на деньги отца ларек и торговал жареными курами. Вас смущает столь скромное начало бизнес-карьеры? Но напомним: один наш очень известный олигарх в то же время продавал резиновые игрушки – зайчиков, белочек, кошечек и собачек.
Такие уж времена на дворе, как говорится, стояли…
Отар был женат первым браком на Лиане Сванидзе, любил свою жену, обожал сына Гиви и родившуюся позднее Элеонору. Однако Лиана скончалась, и вдовец обзавелся новой супругой.
По мере накопления капитала Милия становится известной фигурой в обществе, о нем регулярно появляются материалы в СМИ. Бизнесмен не чужд благотворительности – возвращает в Россию некогда проданные продажными музейщиками и вороватыми чиновниками произведения искусства, выкупает их у коллекционеров и дарит государственным музеям.
Лет десять назад Отар решил заняться политикой, стать депутатом. Сами понимаете, что оппозиционно настроенные люди начали искать компромат на Милия, но как ни старались враги, найти им ничего не удалось. Да, у Отара второй брак, но развода не было, первая спутница жизни умерла. Никаких порочащих связей на стороне. Нынешняя жена – учительница младших классов, не бросившая работу даже тогда, когда супруг приобрел частный самолет.
Прекрасные дети: сын – студент МГУ, дочь Элеонора учится в Америке. В семье растет девочка Манана, рожденная во втором браке. Единственное, за что смогли зацепиться журналисты, это за обучение Элеоноры в США. Во время предвыборной кампании на каждой встрече с избирателями обязательно находился человек, который спешил задать кандидату вопрос:
– Отар Гивиевич, вы тут рассказываете нам, как будете радеть за счастливое будущее нашего народа, говорите о своем патриотизме, а сами отправили дочь на учебу за океан.
Значит, не доверяете российскому образованию?
Сначала Отар спокойно отвечал:
– Личную жизнь семьи не комментирую, я имею право ничего не говорить о своих детях.
Но когда такой интерес проявила корреспондентка первого канала телевидения, Милия неожиданно заявил:
– Мне очень трудно вспоминать ту историю, и я думал, что рано или поздно пресса перестанет перемалывать одну и ту же жвачку, но, как вижу, ошибался.
