— Я тебя не отдам! Никому не отдам! Слышишь?!
— Не отдавай, — сдаюсь. — Глеб…
— Ну, что? Что, Олька?! Завела меня… До трясучки. До белого каления доводишь. Издеваешься?
— Хватит. Не сходи с ума, — шепчу в его губы.
— Как? Я хочу тебя… Мне крышу сносит.
— Остынь.
— Нет, горю. Остыть могу только в тебе.
Мои щеки заливает краской смущения и желания.
— Глеб… Нам ехать пора.
— Нет. Ответь. Ты хочешь меня?!
Дыхание перехватывает.
— Глеб! Это нечестно…
— А что, по-твоему, честно? Заигрывать с другим мужчиной за моей спиной.
— Я не заигрывала.
— Но и не оттолкнула.
— Да. Мне было плохо. Плохо от всей гадости, которую ты мне говорил, делал, угрожал… Иван проявил сочувствие и внимание, ничего не просил взамен. Мне с ним спокойно.
— Потому что тебе на него плевать. Вот почему тебе спокойно.
— А рядом с тобой — бывает больно.
— И мне, Олька… И мне с тобой — больно. Потому что люблю… И не хочу потерять.
Еще раз целуемся. На этот раз инициатива принадлежит мне. Глеб отвечает, гладит меня всюду, углубляет поцелуй.
Неожиданно я чувствую, как его пальцы расстегивают мои джинсы и ползут под белье.
— Глеб…
— Тихо. Просто наслаждайся…
— Глеб, я…
— Да, ты… Сладкая, горячая, моя любимая девочка… Ох, как я тебя хотел всегда… И сейчас…
Его руке ужасно тесно, но это не мешает Глебу меня ласкать. Я сдаюсь под напором его поцелуя и горячих ласк, от которых растекаюсь почти сразу же, испытав мощный взрыв удовольствия.
— Соскучилась?
— Да… — всхлипываю, принимая его ласки. — Даааа…
— Какая красивая ты у меня.
Самая лучшая…
***
Эти несколько минут сумасшествия в машине на обочине. Я потом понимаю, что нас могли видеть те, кто проезжал мимо, и смущаюсь еще больше.
— Нас могли видеть. Видеть, как мы…
Голос срывается. В какой-то момент я сама потянулась к мужу, он помог мне расстегнуть его джинсы, и мы снова забылись, ласкаясь так, словно впервые получили доступ к телу.
— Это самый горячий петтинг, что у меня был, — признается Глеб.
— Теперь у меня такой вид… Потрепанный!
— Такой и должен быть у жены, любимой своим мужем.
***"
"Приводим себя в порядок, едем в участок. Глеб держит меня за руку, переплетая наши пальцы.
Показывают задержанного. Ему за тридцать, мускулистый, лицо немного неприятное. Нет, не видела его раньше!
— Знаете его? — уточняет Иван.
Он спрашивает у меня и у Глеба, потом опускает взгляд, скользнув по нам.
Кажется, догадался, что мы снова близки.
— Нет, я его точно не знаю. А ты?
Глеб тоже отрицательно качает головой.
