Думала, найдет в моем лице нового спонсора, — качаю головой.
— Глеб. То есть это правда? Как же так?
Оля хватается за стену ладонью. Я спешу приобнять жену и усадить на диван.
— Вот только обморока твоего нам не хватает!
— А что? — улыбается слабо. — Или ты готов только сиськи Маши спасать от падения?
Несмотря на то, что Оле стало плохо, она сильно злится и бьет меня кулаком по плечу."
"— Ты порхал возле этой шлюхи, подлец! Даже на похоронах! Ни на шаг от нее не отходил. Думаешь, я забуду?!
— Оль, она хотела на похоронах заявить, что от моего отца беременна.
А я… Я отцу дал обещание, что улажу всю эту грязь. Прошмандовка взяла его за мошонку.
— Не могу поверить. Нет, не могу поверить! Папа так любил свою жену, горевал.
— Горе превращает мужчин в ослов.
— Или в чудовищ.
Оля смотрит мне прямо в глаза, меня заживо сжигает стыдом.
— Если папа, действительно, от горя умом тронулся и все это сделал… То ты точно сын своего отца!
— Да уж, сейчас я этим не то, чтобы горжусь. Еще и слухи пойдут, — отмахиваюсь.
— Разберусь. Как ты? Плохо себя чувствуешь?
— Справлюсь.
— Оля. Давай без самодеятельности, а? Олька… — повторяю.
На душе полегчало, что она знает. Еще не все знает, но… мне значительно легче, что не надо таиться. Груз чужих грехов оказался непомерно тяжел. Меня им чуть не раздавило.
Я, в каком-то смысле, потерял отца дважды.
Первый раз, еще при его жизни, когда он позвонил и рассказал мне о той неловкой ситуации, в которой оказался.
Второй раз я потерял его, когда он умер.
Сначала он умер для меня, как кумир, как тот, на которого я всегда хотел равняться, и лишь потом он умер для меня, как человек…
— Все хорошо, Глеб. Иди. Тебя нотариус ждет.
— Не уходи, слышишь? Дождись меня, поговорим.
Оля растерянно кивает. Такая трогательная сейчас, с задумчивой поволокой в глазах. Не сдержавшись, я обхватываю ее лицо ладонями и целую в губы.
В ответ мне сразу же прилетает пощечина.
— Я тебя не простила, Глеб. Даже если ты с этой шлюхой не кувыркался, это ничего не изменит.
Ее слова — как обухом по голове.
— Что?
Смотрю на жену с шоком. Не могу поверить!
— Оль… Оля, я не спал с ней. Не притрагивался даже. Измены не было, Оля. Услышь меня!
— Может быть, и не было. А еще знаешь, чего не было?
Жена приближает свое лицо к моему и выдыхает почти в самые губы:
— Не было доверия, Глеб. Мы с тобой много лет женаты. Мы муж и жена, у нас… семья. Я думала, у нас не бывает секретов друг от друга.
