Черная футболка не была новой, но облегала стройное тело Тэйт, будто была сшита специально для нее, а темные джинсы обтягивали ее задницу так, что я мог в точности представить, как она выглядит без одежды. С ее длинными блестящими волосами и безупречной кожей она была как пламя и леденец – два в одном, и мне хотелось лизнуть ее и обжечься одновременно.
Татум была невероятно сексуальна, но не подозревала об этом.
Блондинка или нет, она точно в моем вкусе.
– Не беспокойся, – продолжил я. – Я все понял.
Она сузила глаза.
– Что понял?
Немного подавшись вперед, я ответил ей с самодовольной ухмылкой:
– Тебе всегда нравилось носить мою одежду.
Ее глаза округлились, а щеки вспыхнули. Я ее задел, это было очевидно. Эмоции бушевали на ее упрямом маленьком личике.
Я улыбнулся себе под нос, потому что мне это, черт возьми, нравилось.
И, тем не менее, она не убежала прочь.
– Подожди здесь. – Тэйт подняла кверху указательный палец и направилась к машине.
Порывшись под передним сиденьем, где ее отец держал специальный набор для аварийных ситуаций, она что-то вытащила и захлопнула дверцу автомобиля.
К тому моменту, как с оскорбленным видом она вернулась ко мне, я успел рассмотреть, что у нее в руке зажигалка."
"Прежде чем я догадался, что происходит, Тэйт стянула с себя футболку, продемонстрировав идеальную грудь в чертовски сексуальном спортивном бюстгальтере.
Черт побери, сердце едва не выпрыгнуло у меня из груди.
Вот дерьмо.
Я смотрел, не дыша, как она чиркнула зажигалкой и, держа футболку в вытянутой руке, подожгла ее снизу, сантиметр за сантиметром превращая в пепел.
Мать моя женщина! Что, черт возьми, происходит?
Наши взгляды встретились, и время остановилось, пока мы смотрели друг на друга, забыв об объятой пламенем ткани между нами. Волосы Тэйт развевались, а взгляд ее глаз, в которых бушевала буря, пронзал меня насквозь, впиваясь в мою кожу, в мой ум, и лишал способности двигаться и говорить.
У нее немного дрожали руки, а дышала она хоть и ровно, но глубоко.
Тэйт жутко нервничала.
Ладно, значит, то, что она на днях сломала Мэдоку нос, не было случайностью. Она решила дать мне отпор.
Последние два года я занимался тем, что делал ее жизнь невыносимой. Пустил парочку ложных слухов, сорвал ей пару свиданий, и все ради собственного удовольствия. Я проверял Тэйт на прочность, делая изгоем в школе, и вокруг этого вращался мой мир, но она никогда не давала мне отпор. До сей поры.
