Солнце клонилось к закату, и наступило умиротворяющее затишье между возвращением домой тех, кто работал до пяти часов, и ужином. Я любил это время дня.
Я смотрел на запад через закрытые веки, словно в калейдоскоп, видя картинку, состоящую из оранжевых и зеленых пятен. Впитывал звуки этого района, в котором жил, но к которому никогда не принадлежал.
Мэдмэн лизнул мою руку, и я в ответ почесал его за ухом. Тэйт открыла входную дверь, я услышал приглушенные голоса. Где-то в отдалении работала газонокосилка. Мимо проезжали машины.
Детей звали ужинать.
И на несколько мгновений я позволил себе почувствовать себя причастным ко всему этому.
Я любил эту улицу и всегда буду любить. Она была идеальной – потому что каждый маленький домик хранил свои секреты. Вот мистер Вандерлоо, который живет через дорогу и каждую ночь после того, как его домочадцы засыпают, прокрадывается в гараж и курит там травку. Прикольно, правда? Миссис Уотсон, через три дома от нас, любит, когда ее муж одевается как курьер из службы доставки UPS и звонит ей в дверь.
А потом относит посылки к ней в спальню.
Даже у отца Тэйт был свой секрет."
"За то время, которое мы с ним провели вместе, пока Тэйт была во Франции, я узнал, что по четвергам он все еще ужинает в «Марио». Тэйт когда-то рассказывала, что в этом итальянском ресторане у ее родителей состоялось первое свидание. Но я не знал, известно ли ей, что Джеймс продолжает ходить туда один.
Моя нога завибрировала, нарушив мои раздумья, и я полез в карман за телефоном.
Раздраженно прищурившись, я коснулся экрана и ответил.
– Да? – Нет необходимости быть вежливым. Я знал, кто это.
– Алло. У вас звонок за счет вызываемого абонента от заключенного из тюрьмы Стэйтвилл. Примете вызов?
Нет.
– Да.
Я ждал, пока оператор переключит меня, и у меня было такое ощущение, словно меня вытащил из Нетландии и теперь держал под прицелом десяток солдат.
Мне было известно, зачем звонит отец. Он прежде звонил только раз, но по той же долбаной причине.
– Когда явишься завтра… положи денег мне на счет, – сказал он, и это была не просьба.
Я набрал воздуха в грудь.
– С какой стати?
– Ты знаешь, с какой, – прорычал он. – Не делай вид, что у тебя есть выбор.
У меня не было денег. Выбора, вероятно, у меня и нет, зато есть проблема.
– Тогда мне придется их заработать, а я не успею сделать это до завтрашнего вечера. – Было уже слишком поздно записываться на сегодняшнюю гонку. – Я приеду в воскресенье.
И он повесил трубку.
