Так можно и пальцы на ногах отморозить.
Даже стокгольмец мог бы это сообразить."
"Ветви сосен провисли под тяжестью снега, выпавшего за последние дни. В лесу красиво, как на картинке, и тихо. Кажется, что лес спит.
Манфред идет на удивление быстро. Длинные ноги ловко перешагивают через камни и пни.
Андреас поворачивается ко мне.
Наши глаза встречаются. В этот момент моя нога проваливается в глубокий снег.
Андреас останавливается и протягивает мне руку.
Я киваю в знак благодарности, ударяюсь о ветку и получаю порцию снега за воротник.
Сую руки в карманы в надежде согреться. Перчатки я, естественно, забыла в машине.
Ели редеют, я вижу просвет впереди. Еще через минуту мы выходим на поляну, залитую ярким светом. Перед нами вырисовывается силуэт Змеиной горы. Черная вершина поднимается к небу и сливается с ночью. Невозможно различить, где кончается гора и начинается космос. Словно Урмберг напрямую связан с небом.
Захоронение засыпало снегом. Большие переносные прожекторы поставлены под елью на опушке, трое людей в белых комбинезонах с масками, закрывающими рот, что-то разглядывают под деревом.
У одного в руках фотоаппарат, в паре метров от них – большие сумки.
Криминалисты.
Коллеги из местной полиции уже на месте. Бело-голубая оградительная лента трепещет на ветру. Поляна то и дело озаряется вспышками фотокамеры.
Манфред поворачивается к нам с Андреасом. Лицо его бесстрастно, но я вижу, что он сжимает и разжимает кулак, словно давит невидимый мячик.
Мы благодарны небу, что это не Петер лежит там мертвый в снегу.
Но нельзя не согласиться, что ситуация абсурдна: сотни людей прочесывали лес в поисках Петера все последние дни. И вот наконец они нашли труп, но это труп другого человека.
Мы направляемся к Сванте.
Он поднимает руку в знак приветствия.
На нем та же, что и в прошлый раз, пестрая, ручной вязки шапка с помпоном. Борода покрылась инеем. Я ловлю себя на мысли, что он действительно выглядит как Санта-Клаус. Настоящий Санта-Клаус, который сажает малышей на колени и вручает подарки из большого мешка у него за спиной.
Я замечаю, как Сванте таращится на элегантное пальто Манфреда. Шелковый платок в нагрудном кармане поник, как увядший цветок.
– Что, черт возьми, происходит? – спрашивает Манфред, кивая в сторону трупа на опушке и проводит рукой в перчатке по щетине на подбородке. – Мы ищем пропавшего полицейского, а натыкаемся на подстреленную женщину?
Сванте кивает.
– Так оно и есть. Подтверждаю. Действительно странно.
