— Такая юная, аж слезы на глаза наворачиваются, — причитала она, помогая Еве снять тяжелое свадебное платье и облачиться в полупрозрачную сорочку. — Мастер Влас за дверью дежурить будет, ежели что… травки заварит, — шептала она, склонившись к уху, и этот ее шепот вызывал еще больший ужас. — Вы, главное, не сопротивляйтесь, супруг ваш мужчина многоопытный, знает, как с девицами себя вести, если смирно лежать будете, то быстро все закончится. Храни вас Заступница, — поклонилась на прощание горничная и, пятясь задом, вышла из спальни.
Ева осталась стоять посреди комнаты, обхватив руками плечи и не зная, что ей делать дальше. Сесть на кровать? Или муж это расценит как приглашение? Или, может, в кресло сесть? Боги, как же страшно!
Ева на кровати застонала и повернулась на другой бок, и сон изменился, стал более четким, приобрел цвет, запахи и звуки…
Герцог решительно вошел в спальню, на ходу снимая черный мундир паладина. Бросок — и одежда летит в кресло, а мужчина яростно рвет ворот рубашки.
— Ева, не бойтесь! — Он подает ей теплый халат. — Оденьтесь, вы дрожите. Растопить камин?
— Простите, — шепчет она, и новая Ева, которая наблюдает этот сон, злится. Да что за трепетная лань? — Я просто не знаю…"
"— Ева! — Герцог смотрит на нее долгим изучающим взглядом, и под этим взглядом она сильнее запахивает полы большого мужского халата. — Вам совершенно нечего бояться. Я не насилую детей, — добавляет он зло, и она опять вздрагивает от звуков его голоса. — Ваш отец настоял на этом браке, но я верю, что мы сможем договориться и прожить жизнь, не отравляя друг другу существование.
— Простите. — Ева сердится на себя, но все другие слова вылетели из головы, и ей все равно страшно. — Я все понимаю, шат Вейн, — торопливо говорит она, старательно не глядя на мужчину, который уже успел расстегнуть рубашку. — И я готова выполнить супружеский долг, но… — Она запинается на мгновение и шепотом заканчивает: — Я никогда не была наедине с мужчиной, я просто не знаю, что нужно делать.
Краска заливает щеки, Ева сжимается, ожидая насмешки, но герцог молчит, а потом устало произносит:
— Ложитесь спать, ваша светлость.
— А вы?
— Я лягу в гостиной.
— А?..
— Сколько времени вам нужно, чтобы привыкнуть к мысли, что вы моя супруга?
— Три года! — быстро отвечает она и думает, что через три года она войдет в возраст согласия и сможет просить покровительства у Заступницы.
А там за толстыми стенами обители ее даже Орден не достанет.
