Они пару минут болтают о ерунде, обмениваясь вежливостями, а затем Домогаров переходит к делу:
— Ты знаешь, я не отвлекаю тебя по пустякам, но мне нужно узнать кое-что важное.
— Спрашивай, — произносит Василий.
— Мне стало известно, что войну в Сибири спровоцировали люди императора. Хочу понимать, насколько всё серьёзно. Он намерен столкнуть кланы Грозиных и Череповых? — сосредоточенно глядя в монитор, спрашивает князь.
Его собеседник, которого я не вижу, отвечает не сразу. Помедлив с полминуты, он говорит:
— Опасные вопросы ты задаёшь, Кирилл Анатольевич.
— С простыми безопасными вопросами я тебе не звоню. Так что скажешь?
— Слушай, я про планы его величества ничего не знаю. Скажу вот что: когда убили Сергея Черепова, кланы без того собирались воевать. Княжеские рода стали суетиться, чтобы этого не случилось, и даже начали работать вместе. Вот это императору не понравилось.
— Что Грозины и Череповы стали дуть в одну дудку? — уточняет Домогаров.
— Именно так. Уж больно резво они начали сотрудничать — сам понимаешь, объединение двух сильных кланов не входит в интересы короны.
А Династия вообще давно поперёк горла Романовым. Поэтому да, император решил подключиться. Стал понемножку помогать им столкнуться. Но заварушку начал не он, это я могу тебе точно сказать. Череповых замочил кто-то другой."
"— Вот как, — князь задумчиво потирает бородку. — А что теперь? Александр Грозин сегодня произвёл фурор. Думаю, что после его речи немногие решатся поднять оружие, слишком грамотно он их пристыдил.
— А ты ему в этом помог, да? — усмехается Василий.
— Да. В моих интересах было остановить войну.
— Понимаю. Как я и сказал, его величество не посвящает меня в свои планы. Поэтому трудно сказать, предпримет ли он ещё что-нибудь. Зависит в том числе и от того, как будут вести себя Грозины.
— Ясно. Что ж, надеюсь, обстановка в стране стабилизируется. Будь добр, Василий, держи меня в курсе. Ты знаешь, я всегда благодарен тебе за информацию.
— Конечно. На связи, — отвечает тот.
Домогаров закрывает ноутбук, сцепляет руки в замок и задумчиво смотрит на меня.
— Что скажешь?
— Скажу спасибо, ваше сиятельство. Мне многое стало понятно, — отвечаю я.
— Будь осторожен, Александр. С императором нельзя шутить.
— С Грозиными тоже шутки плохи. Но мы не собираемся воевать с Романовыми.
«При условии, что Романовы первыми не начнут воевать с нами. Собственно, уже начали, но это можно стерпеть, если они не продолжат», — добавляю про себя.
— Хорошо.
