"
"Когда Арс в раздевалке напомнил мне о матери, в голову снова полезли тараканы. Жирные такие, грязные. Стал вспоминать своё детство, отношения отца с матерью… Тошно теперь, хоть на стену лезь!
Мать моя в молодости была эскортницей. Дорогой шалавой, простыми словами. На пути её попался мужик при деньгах, и она сразу смекнула, как можно заставить его платить за свою жизнь. Забеременела мной. Отец её, конечно, замуж не позвал, но денег отвалил. Купил дом ей, тачку. На отпуск отстёгивал.
Короче, всем обеспечивал, лишь бы она ремесло своё оставила и с ребёнком занималась.
Но, как выяснилось, блядь – это не профессия. Блядь – это состояние души. Мамашка моя долго дома не скучала. Часто меня одного оставляла. И по ночам, и когда болел… Хоть бы няню наняла, нет же. Она типа всё «сама». Мать-героиня. Чтобы с отца побольше бабок стрясти. Однако долго она прикрывать свои потрахушки направо и налево не смогла. Когда мне было пять лет, отец обо всём узнал.
Помню тот жуткий вечер. Зима, вьюга за окном. Я прячусь у себя в спальне, а на первом этаже взрослые орут друг на друга, посуду бьют. Оба пьяные, дикие.
Я дверь приоткрыл, вышел к лестнице. А мать с отцом дерутся. Он ей двинул хорошенько. Лицом о стену приложил, она в слёзы. А я испугался за мамку и прибежал.
Плакал, просил его её не трогать.
Помню отец тогда посмотрел на меня холодно так и сказал: «сукин ты сын».
А потом ушёл.
На следующий день и мать собрала свои шмотки и тоже свалила.
Я босой по снегу за ней бежал до ограды, а она в тачку прыгнула к какому-то мужику, и уехала. Больше я её не видел. Зато тот урок на всю жизнь запомнил: ни бабло, ни семья, ни ребёнок из шалавы приличную бабу не сделают.
Подхожу к бару и плещу себе вискаря. Хочется забыться, вернуться в привычную жизнь. Я не попадусь на крючок, как мой отец когда-то. После матери я поклялся себе, что больше ни одной шлюхе не дам себя обмануть.
Поэтому и Лизе, актрисе этой недоделанной, тоже ничего не светит. Путь даже не надеется меня разжалобить!
Стараюсь вообще не думать о той, что сейчас на втором этаже лежит в лихорадке. Ну что я, как щенок к ней попрусь? Одного питомца ей уже, итак, хватает!
Арс, сука, будто слепой! Не видит что ли, что она из себя представляет? Обчистила нас, обвела вокруг пальца, а теперь ещё дома у нас устроилась. Ни трахнуть её, ни поразвлечься.
