Правильно, Мурзилка, надо разобраться, кто это безобразничает.
Едва выйдя из гостиной, я почувствовал источник вторжения. Подвал! Ёшки-матрёшки, собирался же туда раньше сходить и замотался, забыл. Кто там барагозит? Тот мертвец в гробу проснулся? Души неприкаянные? Сейчас посмотрим.
Мурзилка бежал впереди на два шага. Кот был настроен по-боевому и готовился навести порядок. Только его мышам позволено шастать по подвалу ради котячьего удовольствия. А всякие мертвецы пусть идут строем на выход!
Глава 20 — Киж
В подвале стояла мёртвая тишина.
Даже собственного дыхания не было слышно. Но стоило пройти десяток шагов, как в уши стал лезть навязчивый шёпот. Слов, даже отдельных, было не разобрать, но чувствовалось — кто-то зовёт меня. Манит из-за грани, стучится в сознание, словно пьяный сосед, желающий поговорить.
— Мяу!
Голос Мурзилки разорвал видение. Шёпот тут же пропал, растворившись снегом в кипятке. Кот обернулся, блеснул зелёными глазами и побежал дальше.
Прикрыв свечу ладонью, я двинулся вслед за ним.
Не нравится мне этот подвал, ой как не нравится. Не будет рачительный хозяин складывать сюда что-то полезное. Зачем вообще его построили прошлые хозяева? Может, приказать засыпать его?
Шёпот хоть и смолк, но беззвучный призыв ощущался. Он-то нас и привёл в дальнюю комнату, где стоял закрытый гроб. Мертвец шалит? Устал лежать в одиночестве и желает пообщаться? Сейчас проверим."
"Мурзилка вспрыгнул на крышку гроба и демонстративно принялся царапать дерево.
— Тихо, тихо, сейчас разберёмся.
Крышка легко сдвинулась, и я снова увидел мёртвого офицера. Гордый профиль с орлиным носом, чёрные усы, синий мундир с красными отворотами. Ни следа тления и трупных пятен, будто спит обычный человек. Я склонился над ним, разглядывая горжет — эдакий стальной “слюнявчик” на груди с гербом полка. На нём, если не ошибаюсь, ещё звание должно указываться, и мне хотелось узнать, что за военный у нас лежит.
Пока я рассматривал золотой герб на серебряном поле, мне всё время лезла в голову мысль — офицер мёртв как-то неправильно.
Не спрашивайте, в чём разница, всё равно не смогу ответить словами. Талант мне в свидетели, смерть военного произошла не так, как положено.
Анубис, будто услышав меня, оживился, невнятно рыкнул и вдруг ударился в рёбра. Раз, другой, третий, как огромное сердце, с трудом помещающееся в груди.
Мертвец дёрнулся, точно его ударила молния. Крышка гроба съехала вбок и, с грохотом рухнула на пол, а Мурзилка с мявом шарахнулся куда-то в сторону.
