— Готово, барин!
Прохор вытер руки от смазки ветошью. Он довольно щурился, разглядывая дело своих рук.
— Вот здесь, в подлокотнике, прорежь отверстие под этот шар.
— Дырку-то?
— Отверстие, Прохор. Дырка, это когда карман порвался, а здесь отверстие.
Кузнец почесал в затылке.
— Эк вы, барин, мудро выражаетесь. Дырка, она и есть дырка.
Он быстро выпилил круглое окошко в широком подлокотнике. Сверху вставил зачарованный бильярдный шар, а снизу закрепил хрустальную призму. Оставалось нанести ещё несколько дополнительных знаков, и всё, готово!
* * *
Я тихонько заглянул в комнату.
Дамы сидели кружком, болтали, пили чай и ели пирожные. Княжна Вахвахова оттаяла, повеселела и что-то с жаром рассказывала Марье Алексевне. У неё даже румянец появился на бледных щеках, а глаза весело блестели. Хах, я и не сомневался, что эта компания сможет развеселить несчастную девицу.
— Сударыни, — я вошёл в комнату, — не помешал?
— Заходи, Костя, — Марья Алексевна махнула рукой, — мы как раз чаёвничать сели. Будешь с нами?
— Боюсь, мне придётся вас немного отвлечь.
Прохор, давай!
Кузнец вкатил кресло и поставил в центре комнаты. Глаза княжны расширились. Остальные тоже удивлённо смотрели на диковинку.
— Тамара Георгиевна, разрешите вам помочь.
Я подошёл к княжне и осторожно взял её на руки. Она была очень лёгкой, будто ребёнок, и хрупкой, как фарфоровая ваза.
— Садитесь, — я опустил её в кресло. — Удобно?
— Вроде бы…
— Видите шар? Осторожно проверните его вперёд.
Княжна с опаской коснулась его указательным пальцем.
И медленно толкнула белую сферу.
Кресло чуть дёрнулось и проехало не больше дюйма.
— Ай!
Девушка взвизгнула. И тут же двинула шар ещё раз. И ещё, и ещё!
Через пять минут по комнате носилось взад-вперёд кресло с хохочущей в голос княжной. В её взгляде плескалась лёгкая искорка безумия, впрочем неопасного.
— Костя, ты настоящий волшебник, — шепнула мне Марья Алексевна.
Я только пожал плечами: ерунда, любой опытный деланный маг сотворил бы что-то подобное. Вахваховой не надо было писать в Европу.
Знаю я своих коллег — письма из “дикой” России они восприняли или как шутку, или как провокацию. Стоило отправить опытного поверенного, чтобы договориться лично и забрать заказ. Она получила бы подобное кресло уже давно.
* * *
Княжна отказалась оставаться ночевать, заявив, что не хочет нас стеснять. Это было естественно — кресло она получила, а мы не были её близкими друзьями. Так что пусть едет домой.
Я проводил её до кареты.
