Насколько мне известно, мадам Корф, которая ведет расследование, встретила ее в доме, куда приехала беседовать с совершенно другим свидетелем. Мадам Корф, как я понял, обменялась с мадам графиней несколькими фразами, и на том дело кончилось.
– Мне известно, что вы, журналисты, весьма изворотливый народ, – уже угрожающе заговорил человечек, – но я не позволю ни вам, ни мадам, о которой вы упомянули, нарушать покой моей семьи. Я уже говорил вам это и повторяю: оставьте мою жену в покое!
– Иначе что? – с вызовом откликнулся Видаль.
– Иначе вам придется иметь дело со мной, – сердито ответил граф.
– Жду не дождусь, – ухмыльнулся репортер. И, смерив собеседника насмешливым взглядом, куда более обидным, чем все слова, удалился.
Баронесса Корф сидела в гостиной, под самым большим витражом. На столе перед ней лежал открытый блокнот, но она даже не смотрела на него.
– У меня есть новости, – повторил Видаль и рассказал о капитане Обри и Морнане, а также о визите мужа Жюли.
– Значит, Жюли очень расстроилась после разговора с Эттингером? – усмехнулась Амалия.
– Впрочем, неудивительно. Сейчас придет инспектор Бриссон, и мы кое-что обсудим.
– Инспектор Бриссон? – Видаль внимательно посмотрел на баронессу. И та пояснила:
– Поскольку мы расследуем убийство, я решила, что без инспектора нам не обойтись. В конце концов, именно ему придется арестовать убийцу, мы-то с вами не имеем таких полномочий.
– Не понимаю… – задумчиво проговорил Видаль после паузы. – Так убийца все-таки не Жозеф Рейнольдс?
– Да, я почти уверена, – отозвалась Амалия.
– Помните, что я говорила в самом начале? Семнадцать человек на яхте, среди них одна жертва и один убийца. Мне следовало сразу же додуматься до этого.
– Простите? – изумился журналист.
– Шантажист… – обронила баронесса, и глаза ее сверкнули. – Конечно же, там находились не только убийца и жертва, но и шантажист. Потому что яхта – замкнутое пространство, и скрыть что-либо в таком пространстве невозможно, что бы там ни утверждали господа писатели. Некто понял, кто убил Женевьеву Лантельм, и стал шантажировать убийцу.
Когда началось расследование, вы не держали язык за зубами, и убийца вскоре о нем узнал, а узнав, запаниковал. Потому что между ним и разоблачением оставался только один человек, который мог в любой момент выдать его. Но убийца не знал, кто именно является шантажистом. Он только предполагал, что это некто, разбогатевший за его счет. Потому-то и погибли Тенар и Буайе, а также произошло покушение на капитана Обри.
