На вокзалах Орсэ и Аустерлиц застыли черные паровозы, почти ушедшие под воду – видно было только их трубы. Страшно сказать, но залило даже опоры Эйфелевой башни.
Что касается храброго зуава, то он по-прежнему стоял у моста, но вид у него был на редкость растерянный. Еще бы – ведь вода доходила ему уже до шеи, чего еще никогда не было.
Впрочем, надо отдать должное властям: они отреагировали быстро, и вскоре город заполонили матросы на лодках, которым было поручено перевозить жителей, так как из-за наводнения почти весь транспорт оказался парализован.
В помощь матросам отрядили полицейских, чтобы те надзирали за общественным порядком, а также рабочих, чтобы строили мостки, и, конечно, пожарных с военными – эвакуировать пострадавших. Другие города прислали подмогу, да и добровольцев, желавших оказать содействие, оказалось вполне достаточно.
Человек, который сейчас шел по мосткам, провел на воде целый день и смертельно устал. Теперь он мечтал только об одном – оказаться дома, снять грязную одежду и принять ванну.
Меж тем мостки стали ниже, а через пару улиц и вовсе кончились. Здесь, в 17-м округе, было уже далеко от реки, и вода стояла всего в нескольких сантиметрах над землей, противно хлюпая под ногами.
Мимо одинокого прохожего проехала повозка пожарных в светлых касках, запряженная парой лошадей. На повозке лежала длинная лестница, а на ней сидели мальчик, болтавший ногами, и две просто одетые женщины: старая и молодая. Когда повозка поравнялась с прохожим, он заметил, что одна из женщин, молодая, находится в инвалидном кресле.
– Мсье, – окликнул его кучер, – может быть, вас подвезти?
Мужчина мотнул головой:
– Спасибо, я почти дошел.
Через несколько шагов прохожий свернул направо и оказался на улице Фортюни, которую многие непочтительно называли улицей содержанок. В самом деле, именно здесь жили многие красивые и довольно легкомысленные дамы.
Из-за поворота показался большой блестящий автомобиль и медленно, рассекая колесами воду, подкатил к подъезду.
Шофер в черной униформе – усатый мужчина средних лет – вышел и побежал отворять дверцу."
"За дверцей оказалась огромная темно-синяя бархатная шляпка, украшенная множеством цветов и перьев. Кроме того, прохожий успел увидеть пальто точно в тон шляпке и кокетливые ботиночки на небольшом каблучке. В руке обладательница шляпки держала белую розу.
Шляпка шевельнулась, и из-под нее выглянуло нежное личико, обрамленное копной сочно-каштановых кудрей.
