Но как только мы поднялись по лестнице, и я ступила на нос ""Нарушителя"", события понеслись в совершенно неожиданном направлении.
На носу нас ждали Лат и Дуглас с Джино. Миссис Чанвит улыбнулась ребятам, и по ее реакции я поняла, что она знала об их присутствии.
— Ну всё, мне пора к гостям, — заботливо сжала она мой локоть, а я, уже ничего не понимая, попрощалась с Раттаной и повернулась к ребятам.
Не успела я удивиться присутствию Лата на яхте, как он показал на трап:"
"— Кун Лили, нам в рубку, все объяснения позже, — и я, уже не задавая вопросов и понимая, что происходит что-то неординарное, проследовала вперед.
Ребята не проявляли беспокойства и не торопили меня, но поднимаясь по лестнице за Дугласом, я не могла унять волнение от неизвестности и старалась успокоить сердце, с силой колотившееся о ребра.
Наконец, мы вышли на палубу и прошли к массивной металлической двери, больше похожей на вход в хранилище банка. Дуглас с Джино встали по бокам, приняв позу каменных изваяний, а Лат, набрав комбинацию чисел на панели, раздвинул массивную дверь, и я очутилась в самом сердце ""Нарушителя"".
Несмотря на свое волнение, я поразилась масштабам рубки и сложности аппаратуры, развернувшейся практически по всему периметру. Рядом на возвышении стояли кожаные удобные кресла и у центрального был расположен совсем небольшой, скорее похожий на автомобильный руль, штурвал, вмонтированный в панель. Очутившись перед панелью управления, я почувствовала себя командиром космического корабля из современного ""Star Trek"".
В рубке кроме нас с Латом никого не было, но приборы работали, и казалось, будто всех попросили выйти перед нашим приходом. Я бросила взгляд на затемненное лобовое стекло, и моему взору открылся панорамный вид носа ""Нарушителя"", погруженного в полумрак.
— Кун-Лили, вам придется побыть здесь некоторое время. Кун Ричард сказал, чтобы вы оставались в рубке. Дуглас и Джино дежурят снаружи. Если хотите, можете отдохнуть на диване, — и он указал на роскошную кожаную мебель, уютно расположившуюся по правую сторону от пульта.
— Что-то случилось? — тут же включилась я.
Понимая, что произошло или происходит нечто неординарное, я никак не могла ухватить нужную эмоцию — ощущения путались и скорее напоминали шум расстроенного радио, которое никак не могло попасть на правильную волну.
Лат некоторое время молчал, вероятно, подбирая слова, и наконец произнес:
— Была угроза киднеппинга.
