"
"Но я хотела рассказать Эльзе мой сон до конца. Хотела ее совета, а вернее ее мнения. Хотела, чтобы в моем незримом споре с мамой Эльза поддержала меня.
— Мама приходила не для того, чтобы забрать меня, она приходила предупредить меня…
— Что она сказала? — серьезно спросила миссис Хоуп, расчесывая мои длинные пряди.
— Разговор шел о Ричарде. Мама сказала: ""Ты не должна быть рядом с ним"", — и проворные руки Эльзы замерли.
Я повернулась и внимательно посмотрела в ее глаза.
— Ты должна послушаться маминого совета, — наконец произнесла она.
— Я не могу… Мне кажется, если я отпущу его, пока ему что-то угрожает, с ним случится непоправимое.
Эльза отрицательно помотала головой, не соглашаясь с моими аргументами.
— Не волнуйся за него. Он взрослый мужчина. И умеет играть в эти игры лучше, чем кто бы то ни было, поверь мне, — серьезно сказала она, поворачивая мою голову, чтобы доплести косу.
— Я не могу его потерять, как потеряла маму… и ребенка… — упрямо прошептала я, отрицательно качая головой.
— Я не хочу ехать в Таиланд. Там я буду бесполезна.
Она развернула меня к себе и, обхватив ладонями мое лицо, серьезно произнесла, словно внушая:
— Лили, твоя мама не зря к тебе пришла… Это предупреждение — ее защита. Сейчас Ричард ведет войну, жестокую войну. Сейчас его мир — это поле боя, и там нет места такой чистой доброй девочке, как ты. Поэтому он и хочет вывести тебя из зоны военных действий.
— Разве в резиденции не будет надежнее? — упрямо нахмурилась я.
— Сейчас, когда Ричард взял тебя под свое крыло, все знают, что ты под его защитой, и в конспирации уже нет смысла.
Ты едешь в надежное место, где тебя будут охранять его верные люди. Если ты и правда хочешь помочь Ричарду, не сопротивляйся его решениям.
Я внимательно изучало лицо Эльзы, решительное и немного встревоженное моим упрямством, и наконец кивнула, соглашаясь с ней, — как бы мне не хотелось остаться, но мама с Эльзой были правы — я должна была отойти в сторону и не мешать ему.
— Надолго я уезжаю? — наконец спросила я.
— Я не знаю, моя хорошая, — грустно улыбнулась она. — Но с тобой будет Лат. А через несколько дней и я присоединюсь к тебе.
Я кивнула, довольная тем, что буду не одна в чужой стране среди чужих людей, и моя мысль заработала в новом направлении.
— Мне нужно что-то решать с университетом, — быстро проговорила я. — И с отцом надо связаться. Я и так неделю ему не звонила, опасаясь, что он поймет по моему слабому голосу, что я больна.
