Некие братья Красински покушались на Ричарда, и операция им не удалась… И я в очередной раз убедилась, что это не свои — это враги. Но в таком случае, они должны были действовать гораздо грубее. Безусловно я мало знала о поведении террористов или бандитов в реальности, и все мои знания упирались в популярные боевики, которые я иногда смотрела с отцом или одноклассниками при групповых походах в кино, но мне казалось, враги должны были вести себя иначе с заложниками. Меня бы связали, определенно, завязали бы глаза или накинули мешок на голову, чтобы меньше видела, в случае, если я очнусь от обморока, бросили бы в багажник, да и с Ричардом бы так не церемонились — его несли три человека.
Враги бы отволокли за подмышки и тоже бросили в багажник. Может быть, это не друзья и не враги, а какая-то третья сторона? И они преследуют свои цели? Может быть, поэтому с нами и поступают по-человечески, без излишней грубости.
Я украдкой вздохнула, и сердце опять заныло от неизвестности, что с Ричардом."
"Если бы он… погиб, — с трудом проговорила я про себя это слово — то мужчина в черных ботинках сразу бы это обозначил.
И если бы это было фатально, другой мужчина не уточнял бы, задета ли кость. Я немного успокоилась, вцепившись в эти слова, как в спасательный круг… Но стоявший рядом сказал, что это еще ничего не значит… Я сжала зубы, чтобы не расплакаться. ""Это еще ничего не значит"", — бились в моих висках эти пять слов и вселяли тревогу и тихую панику.
— А где еще была засада? — внезапно услышала я голос водителя и замерла.
— По пятерке. В зоне густого леса по обочине. Там бы их стопудово взяли. Планировалось стопорнуть грузовиком на дороге.
""Пятерка"" — это пятая трасса. Если они знали о засаде на пятом шоссе — значит это точно не свои! И мое сердце опять громко застучало о ребра.
Тем временем Зет продолжил:
— Знали, что два Барреттовских Хаммера с сопровождением пустыми проехали…
И я задумалась от новой информации — за мной приехал не Хаммер, на котором привык разъезжать Барретт, а совсем другие машины — два безликих бронированных джипа.
— Сработано было чисто… — продолжал тем временем Зет.
— А с вертушкой что? — внезапно спросил водитель.
— Там вообще все просто. И без Джубы обошлись бы. Блядь, устроили бы фейерверк в небе на пол-Сиэтла не хуже, чем на День Независимости. Да и падать гораздо неприятнее. Парашютиста или мешок любой тормоз снимет. Тут не нужно быть Крисом Кайлом.
Вертушка? Это они, вероятно, вертолет имели в виду.
