Как только я приземлилась на мягкую поверхность, ко мне на ноги тут же запрыгнул Тигр, и начал обнюхивать новые запахи, которые, судя по его фырканью и утробному рыку, определенно ему не нравились. Наконец угомонившись, он закрутился калачиком на коленях и подставил под мою ладонь свою маковку, давая понять, что он позволяет сделать себе массаж головы и расчес шубки. Я вздохнула и начала поглаживать своего Агрессора за рваным ушком, а мысли текли своим чередом. Проанализировав и разложив по полочкам всю информацию еще раз, я отметила, что несмотря на то, что вопросов было задано немало и разговор был длинным, Макс ничего нового мне так и не сказал — он всего лишь подтвердил известный факт: кома Ричарда настоящая, а предатель все также не найден.
Единственной новостью было то, что враги, устроившие диверсию на верфи, были найдены, что радовало, и Друг, выходивший на связь был Макс, а не Ричард, что огорчало до покалывания в сердце. ""Харт, не смей раскисать!"" — приказала я себе и попыталась отодвинуть скорбные мысли, отвлекая свое сознание.
Вытащив из кобуры и рассматривая свой Глок, я грустно улыбнулась — все-таки я добилась своего: несмотря ни на что, я заполучила оружие и учусь самообороне. От этой мысли на душе стало гораздо спокойней. Тигр, увидев новый предмет в мои руках, тут же насторожился и начал его исследовать. Как ни странно, он на него не рычал и не шипел, но судя по прижатым ушам отнесся с опаской к новому устройству в моих руках. Определенно, Глок выглядел подозрительно, и Тигр не мог без проверки доверять чужаку.
Эта сцена знакомства мне напомнила ""Алису в Зазеркалье"", и я, улыбнувшись, произнесла вслух тоном Черной Королевы:
— Вы, я вижу, робеете. Разрешите мне представить вас этому Глоку. Знакомьтесь! Тигр, это Глок. Глок, это Тигр. Унесите Глок!
Но кот не оценил моего юмора и стремления познакомить его с оружием, продолжая с опаской обнюхивать и рассматривать нового друга.
— Нравится? — спросила я Тигра, заглядывая в его зелено-янтарные глазки.
Кот на это ничего не ответил, как и полагалось любому уважающему себя хищнику, но все же очень неторопливо протянул к металлическому стволу лапу. Внезапно, он сделал резкий выпад, словно укол шпагой, и тут же вернул лапу на место, посчитав это более целесообразным. Выпад был произведен мастерски и с определенной целью: чтобы пистолет знал, кто здесь главный, и не зазнавался.
— Будем считать, что вы познакомились, — улыбнувшись, произнесла я, целуя Тигра в маковку.
