Вылитый пьянчуга-бомж, натянувший ради хохмы прикид от Валентино.
– Федька, – завопил мужик, подлетая к столику, – отдай «Гондурас»!
– Боже, – поморщился Бурлевский, – опять ты за свое. Сказал же – никогда.
– Ладно, тогда «Дилижанс»!
– Отвяжись, Леня, – сказал Федор, – мне деньги не нужны.
– Поменяю на «первую голубую»!
– Нет.
– Еще дам в придачу «Маврикий»!
– Ленька, – раздался голос из глубины зала, – иди сюда, горячее принесли.
«Бомж» пошел на зов, но, сделав два шага, притормозил и обернулся:
– Федька, отдай «Гондурас»!
– Иди, иди, Леня, – махнул рукой продюсер, – котлета стынет.
– Ну и гад же ты, Федор, – засмеялся Леня, – жлоб!
Я ничего не понимала. Бурлевский перевел взгляд на мое лицо и пояснил:
– Я собираю марки. Смело могу сказать – имею лучшую коллекцию в России. А Леня Шмыгайло тоже филателист, но ему никогда ничего не продам.
– Почему?
– Не нравится он мне, совсем не нравится. Ему приличные люди руки не подают.
– Отчего?
Бурлевский отхлебнул кофе.
– Сначала бандитом был, носился с автоматом по улицам, потом в легальный бизнес ушел, открыл продуктовый магазин. Сейчас монополист – держит в руках почти всю водочную торговлю в столице. На него пару раз наезжали, но Ленечка – мальчик не промах, и всех убил. Жуткий тип, с ним просто нельзя иметь дело. Мне марки – как дети. Естественно, бывают двойные экземпляры, и обменный фонд есть, но отдаю только в хорошие руки, истинным ценителям. Да я, если хотите знать, могу просто подарить марку, коли увижу, что человек – настоящий собиратель.
А Ленька деньги вкладывает, без души коллекционирует. Ему – никогда. Марки – они живые, у каждой свой характер, история, судьба…
Я с удивлением глянула в его раскрасневшееся лицо. Надо же, Бурлевский, оказывается, страстный филателист.
ГЛАВА 19
Федор спокойно допил кофе и поинтересовался:
– Зачем вам Танька понадобилась?
Я обозрела поданный тост и поманила пальцем официанта. Мальчишка подскочил и подобострастно наклонился:
– Чего изволите?
– С огурца не сняли кожу, велите приготовить другой бутерброд.
– Так зачем вы ищете Татьяну? – нетерпеливо переспросил Федор.
Я медленно принялась раскуривать сигарету. Помучайся-ка еще, дружочек.
– Черт возьми, – вскипел продюсер, привыкший, что его подчиненные бегом кидаются выполнять приказы. – Немедленно отвечайте!
– Незачем кричать, вы меня не купили!
– Именно купил, – расхохотался Федор, сверкая белоснежными зубами.
