Мать Макара следит за его рационом едва ли не лучше, чем я за Кириллом, но иногда тоже позволяет сыну слабости.
— Спор действительно стоит прекратить, однако я сделаю всё, чтобы мой ребенок рос в максимально комфортных условиях и был огражден от того, что может ему навредить.
— Я не дам посадить Кирилла в золотую клетку, — решительно говорю и встаю, чтобы пойти за сыном, потому что нам приносят заказ.
Глава 19
Едим мы в полнейшей тишине. Изредка Кирилл смешно чавкает, что-то бубнит себе под нос и смеется. Мы же с Дамиром не проронили ни слова.
Я зла на него за попытки влезть в нашу с сыном жизнь и привить свои распорядки. С чего он взял, что имеет на это право?
Права я была, когда боялась, что он узнает о сыне. Предполагала ведь, что он попытается изменить нашу жизни, и не факт, что в лучшую сторону, точнее, точно не в лучшую.
— Почему мне нельзя газиловку? — искренне недоумевает Кирилл.
— Потому что она вредная, — отрезает Дамир. — Не только для маленьких детей, но и для взрослых.
Кирилл кивает, но упрямо хмурится, а затем отбрасывает вилку и складывает руки на груди.
Расстроился. Я хочу его утешить, но понимаю, что с одной стороны Дамир прав — не стоит ему пить газировку, когда можно обойтись свежевыжатым соком или компотом.
Такое поведение Кирилла не скрывается от Дамира, но сыну он ничего не говорит. Именно поэтому после того, как мы заканчиваем с обедом, я жду от него нотаций в свой адрес, но и их не следует. Мы просто молча едем домой. Ко мне домой, разумеется.
— Я побуду с сыном еще немного, если ты не против.
Я пожимаю плечами, давая понять, что мне все равно. Настроение итак испорчено, поэтому присутствие Дамира никак не испортит его еще сильнее. К тому же, подозреваю, что он хочет поговорить со мной, а сейчас не может, потому что рядом Кирилл.
Вот только разговаривать с ним совсем не хочется. Что я от него услышу? Упреки? Я итак прекрасно знаю свои недостатки, как матери, и вот слушать о них от него не желаю. Его не было рядом с нами пять лет. Он давно женат на другой женщине и не имеет права кардинально вмешиваться в нашу жизнь и менять ее.
Я готова выслушать его предложения, но никак не стану следовать указам.
Открыв дверь в квартиру, пропускаю сына с Дамиром вперед. Они разуваются, идут мыть руки, а я скрываюсь в спальне, чтобы переодеться. Пока снимаю вещи, вспоминаю про рассыпанную на кухне гречку. Надо бы ее собрать.
Прислушиваюсь к звукам за дверью. Шум воды прекратился и теперь до меня доносятся радостные вопли Кирилла.
