Не заметив, что мое тело снова, как под воздействием притяжения, оказалось в объятиях Александра, я решила уйти от официальности. — Я буду называть тебя Шурой.
— А я тебя — Ладусей.
— Идет. — Его рука скользила по моим напрягшимся ягодицам.
— Знаешь, у меня есть один недостаток, который при желании можно выдавать за достоинство.
— О чем ты?
— Я всегда говорю правду. Так что я не солгал, когда признался, что хочу тебя… Хочу — это мягко сказано. Боюсь, что я проглочу, разорву, растерзаю тебя, девочка. Скажи, что ты тоже хочешь этого, и я обещаю райское наслаждение.
Его руки возбуждали меня. Впервые мужчина так говорил со мной, так вел себя. И мне это безумно нравилось. Ощущения захлестывали. Мысленно я обзывала себя круглой дурой, которая, дожив до девятнадцати лет, готова растаять от прикосновения к своей заднице. Что же дальше-то будет? Я не ожидала ничего плохого, мечтая поскорее отправиться в страну наслаждений. Пришлось отодвинуть на задний план предполагаемое свидание с юношей-счетоводом по имени Олег.
Он практически перестал для меня существовать, а вот этот реальный, взрослый, томимый желанием мужчина заставил меня мучиться. Мне нужно было возвращаться на работу, но я не представляла, что смогу дожить до конца смены. Мое женское начало требовало ласк. Оно не могло больше ждать. Закусив губу, я едва могла перевести дыханье от возбуждения. И все это при том, что руки Шуры лишь осторожно скользили по моим бедрам.
— Мне нужно на работу, — выдохнула я, едва узнавая свой голос.
— А как насчет отпроситься?
— Я… Я… — Пальцы Шуры путешествовали по моему животу, стараясь попасть под пояс брюк.
Они обрисовывали пупок, доводя меня до головокружения. — Я не могу, у меня запись… Я не могу потерять работу.
— Сколько ты зарабатываешь за день? — Он наклонился к моему уху и захватил мочку теплыми, влажными губами. Я закрыла глаза от блаженства. Смысл вопроса не сразу дошел до меня.
— Зачем тебе это знать? — Вдруг меня как молнией ударило. Это было похоже на первые минуты нашего знакомства: Шура обратился к профессионалке.
Она должна назвать свою цену? — Деньги здесь ни при чем. Я потеряю клиентов.
Романтику как ветром сдуло. Я заставила себя сделать шаг назад и, опершись спиной о холодную, сырую стену здания, внимательно смотрела на того, кто так быстро подчинил меня себе. Во мне боролись желание и гордость. Побеждала природа, буйствовавшие гормоны. Я была в их власти, а мой новый знакомый мог диктовать условия. Я бы приняла их, едва поколебавшись.
