— Не знаю, но это может быть из-за акций и прочего.
— Она была склонна к самоубийству?
— Не думаю? Тетя Алисия была такой милой и заботливой. Помню, что она любила Эйдена и слишком заботилась о нем — то, что дядя Джонатан не ценил. Бедняги Эйден даже не было рядом во время ее смерти.
Я наклоняюсь вперед на своем сиденье.
— Что ты имеешь в виду?
— Он уехал в летний лагерь, а когда вернулся, его мамы уже не стало. Я до сих пор помню пустоту в его глазах на похоронах. У меня до сих пор мурашки по коже... брр.
Знаешь, он не плакал в тот день. Он стоял рядом со своим отцом в полном молчании во время всей церемонии.
Что-то сжимается у меня в животе. Потеря матери в таком юном возрасте, пока его не было, должно быть, была разрушительной. Я даже не помню своих родителей, но иногда все еще ощущаю потерю, словно это произошло вчера.
Ким отвозит меня домой, и мы проводим остаток вечера за учебой, а затем смотрим несколько серий Люцифера, пока не возвращается тетя.
Некоторое время спустя Ким уходит, чтобы помочь Кириану с домашним заданием.
Она всегда делает вид, что ей все надоело, но она не может провести целый день, не думая о нем.
Отец Ким дипломат, который большую часть времени проводит в Брюсселе и редко бывает дома. Ее мать известная художница, которая обычно запирается в своей студии, поэтому Ким стала взрослой с тех пор, как Кириан родился восемь лет назад.
Она не только его старшая сестра, но и его мать, отец и лучший друг. Она всегда говорила, что не хочет, чтобы он ощущал ту же пустоту, что и она, когда росла.
Мы с тетей готовим ужин вместе. Я почти не слушаю ее и рассказываю ей о своем дне в школе.
Я отвлекаюсь не на шутку.
— Что-то интересное у тебя в телефоне? — спрашивает тетя подозрительным тоном, когда я проверяю его в миллионный раз за последний час.
Я заставляю себя улыбнуться.
— Нет, ничего.
Абсолютное молчание.
Эйден не отправил ни одного из своих ночных сообщений.
Я его расслаблю.
Голос Сильвер затягивает петлю вокруг моей шеи.
Мои пальцы чешутся, а руки кажутся грязными, хотя я только что их вымыла.
Я опускаю их под воду в раковине, а затем отстраняюсь, замечая, что тетя наблюдает за мной.
Она знает, что я становлюсь одержимой мытьем рук только тогда, когда волнуюсь.
— Схожу в магазин, — выпаливаю я, чтобы отвлечь ее внимание.
— Зачем?
— У меня закончились тампоны, — говорю я первое, что приходит в голову.
— Но у тебя же не месячные, милая.
— Должны прийти через несколько дней.
