Одна из его рук обхватывает мой затылок. Она тверда, будто он хочет удержать меня на месте.
— Тогда почему ты отдала мне свою девственность?
— Ты меня привлекаешь, — шепчу я. — Несмотря на то, что я ненавижу это, ты меня привлекаешь, но это не отменяет того, что ты делал последние два года. Ты продолжаешь давить на меня. Не похоже, что у меня есть выбор в том, чтобы испытывать к тебе влечение.
— Это то, чего ты хочешь? Иметь выбор?
— Какое это имеет значение? Ты всегда получаешь то, что хочешь. — я фыркаю.
— Даже когда ты даешь мне выбор, это в конечном итоге играет в твою пользу.
Эйден немного задумывается. Страшный, молчаливый тип задумчивости.
— Я вижу.
Он опускает руки.
Странный холодок пробегает у меня по спине, несмотря на теплую воду.
Бесстрастное лицо Эйдена последнее, что я вижу, прежде чем он выходит за дверь.
Глава 31
В понедельник дядя, тетя и я завтракаем вместе, когда я говорю:
— Я хочу увидеть доктора Хана.
Две пары глаз отрываются от своих дел. Дядя делает паузу, попивая свой утренний кофе и читая с планшета.
Тетя перестает упаковывать мой обед, ее руки начинают дрожать вокруг контейнера.
— Тебе снова снятся кошмары? Что ты видела?
Ее тон почти истеричен.
— Прекрати, Блэр. — дядя оставляет свой кофе и планшет на столе и поднимается на ноги. Я смотрю ему в лицо, когда он хватает меня за плечи и говорит холодным голосом: — Ты в порядке, тыковка? Почему не позвонила нам, когда тебе снились кошмары?
Я не могу не заметить разницу между реакциями тети и дяди.
Ее глаза бегают, и она продолжает открывать и закрывать контейнер, как будто не отдает себе отчета в действиях. Всякий раз, когда всплывала тема моих ночных кошмаров, тетя никогда не спрашивала меня, все ли со мной хорошо. Ее первым вопросом всегда было: Что ты видела?
Дядя, с другой стороны, всегда спрашивал, в порядке ли я.
Это странно.
Во всем остальном тетя заботится о моем благополучии больше, чем дядя. Это она ведет себя как нацистка, убеждаясь, что я ем здоровую пищу.
Может, она не думает, что мое психическое состояние является частью здоровья.
В любом случае, я не в настроении рассказывать о своем субботнем эпизоде.
Я улыбаюсь и надеюсь, что это прозвучит убедительно.
— Дело не в кошмарах. Я просто хочу поговорить о стрессе, вызванном экзаменами.
Плечи тети опускаются, и она перестает открывать и закрывать контейнер.
Дядя хмурит брови.
— У тебя никогда раньше не было стресса на экзаменах, тыковка.
