Может, это из-за его слов, ощущения его внутри меня или его руки на моем горле.
Или все вышеперечисленное.
Волна пронзает меня насквозь, и я кричу, падая вниз, не видя никакой посадки.
Этот оргазм совсем не похож на те, что у меня были раньше. Он первобытен, груб и такой ошеломляющий, что я не могу дышать.
Эйден продолжает свою поразительную атаку, преследуя свой собственный оргазм. Он продолжает и продолжает.
И продолжает.
Я в таком же бредовом состоянии, как и в прошлый раз. Чувствую себя такой чувствительной и больной, но не хочу, чтобы он останавливался.
Я жажду боли и удовольствия, которые он приносит."
"Я жажду его.
Его плечи напрягаются. Я все еще хочу посмотреть, как он свалится с обрыва, как он сделал это со мной.
Эйден мне не позволяет.
Он дотягивается до моего клитора и дразнит его, прежде чем войти в меня в последний раз. Я снова кончаю с хриплым криком.
— Блядь, — стонет он, когда тепло наполняет мои внутренности.
Эйден остается внутри меня, притягивая меня к себе.
Моя голова покоится у него на груди, ухо прижато к его сердцебиению. К его естественному, но беспорядочному сердцебиению.
Тук.
Тук.
Тук.
Я касаюсь губами его кожи и остаюсь в таком положении, пока мои веки трепещут, закрываясь.
Свобода.
Это то, на что должна быть похожа свобода?
Глава 30
Что-то теплое окутывает мою кожу почти так же, как...
Вода.
Я вздрагиваю, просыпаясь, ожидая обнаружить себя в этой мутной, темной воде из ночных кошмаров.
Мое дыхание приходит в норму, когда я узнаю окружение.
Я в своей ванной комнате с белой плиткой и пастельно-розовым декором.
Я также сижу в своей наполовину полной ванне. Совершенно голая.
Теплая вода каскадом льется из крана, медленно погружая мою грудь.
Эйден смотрит на меня, но смотрит искоса, возясь с моим шампунем во всей своей обнаженной красе.
Я прикусываю нижнюю губу, открыто таращась на него. В его красоте есть какое-то первобытное качество, которое привлекло мое внимание с первой нашей встречи.
Его мышцы напрягаются при каждом движении.
Татуировки со стрелками скользят вместе с пульсацией его мышц. Его член полутвердый, направлен в мою сторону. Интересно, всегда ли он в таком состоянии, потому что я никогда не видела его вялым.
— Наконец-то ты проснулась, соня, — говорит он, не поднимая головы.
Я позволяю своей руке блуждать в воде. Не могу поверить, что Эйден делает мне ванну с пеной.
— Как долго я была в отключке? — я спрашиваю.
— Около двух часов.
