Но я понимаю, что должен дать ей эти минуты одиночества, чтобы все полученные знания утряслись в ее голове.
— Когда закончишь, наденешь это! — я киваю в сторону голубого шелкового халата. — И чтобы никакого белья!
Ее глаза еще сильнее круглеют, она несколько раз моргает, прежде чем наконец кивнуть.
— По поводу наказаний я не шутил!
Выхожу из ванной, сажусь в кресло напротив двери, жду.
Кажется, проходит целая вечность, прежде чем часы на стене отмеряют десять минут. Она не выходит, и тогда я резко захожу обратно.
Застаю ее завязывающей халат. Она вскрикивает, старается отойти подальше. Ее кожа еще влажная после душа. И ткань халата немного намокает, липнет к ней, обрисовывая фигуру.
Я делаю шаг к ней, и с ее лица уходят все краски. От ужаса даже зрачки расширяются. Нормальная реакция, стандартная. Скоро она ко мне привыкнет. Не факт, что станет бояться меньше, но привыкнет.
— Покажись! — требую.
Ванная комната у меня в подвале довольно просторная — двенадцать квадратных метров. Есть место для маневров.
И она пытается этот маневр совершить — резко от меня отскакивает.
— Мне сходить за плеткой?
Она еще больше бледнеет, но даже не тянется к завязкам халата.
— Тугодумка ты!
Я в два шага преодолеваю разделяющее нас расстояние, прижимаю Алю к стенке, дергаю за конец пояса, тот падает к ее ногам, но полы халата почему-то не распахиваются. Оказывается, там еще была пара пуговок, которые девчонка, конечно же, застегнула.
Она накрывает мои руки своими, преданно заглядывает в глаза и тихонько просит:
— Пожалуйста, не надо!
У меня от ее голоса мурашки по коже, а в штанах уже настоящий пожар.
— Покажись! — требую снова.
Она словно каменеет, тогда я просто тяну полы халата в разные стороны, пуговицы отлетают — и вот Аля передо мной почти нагая. Как только ее грудь оказывается в поле зрения, уже не могу оторвать взгляда. Великолепная! Я такой в жизни не видел… Вообще-то, я не любитель пышных форм. Мне нравятся очень стройные девушки, а у таких грудь либо маленькая, либо напрочь отсутствует.
Но эти мячики просто восхитительны! Смотрю на них и непроизвольно сглатываю слюну.
Вдруг хочется встать перед девчонкой на колени и начать обцеловывать все ее выпуклости и впадинки. Но это не мой способ. К тому же мне прекрасно известно, что превратило ее скромный второй размер груди в роскошный третий.
— Ты все-таки беременна… — констатирую факт.
Сыщик мне сообщил об этом уже после того, как прислал основной отчет.
