— Зараза, — усмешка сама по себе появляется на губах. Когда найду — выпорю.
— Что там? — кричит Шаман из кухни.
— Курила опять…
— Смотри, как интересно, — подходит ко мне и протягивает лист бумаги.
Рисунок. Точнее набросок карандашом. Жуткий. Тени. Страх. Нет, панический ужас. Колючие мурашки ползут по спине.
Детка, кого ты рисовала? Это твой демон? Почему мне не показала?
— А это что за дверь?
Оборачиваюсь. И правда дверь. В прошлый раз я ее даже не заметил.
— Понятия не имею.
— Заперто, — Шаман дергает ручку.
— Вскрываем?
— Естественно.
Жду пока его отмычки сделают свое дело и вхожу в темную комнату первым. Ни черта не видно. Включаю фонарик на телефоне, освещаю периметр.
— Нихрена себе, — раздается за спиной хриплый рык Шамана.
Детка, здесь все твои скелеты, да? Прости, но мы познакомимся.
Осматриваюсь тщательнее. Луч света скользит по полу и поднимается на стены. Они все в рисунках. Таких же жутких, набросанных карандашом. А еще вырезки из старых газет. Лица. Какие-то записи.
Жертвы педофила. Те девочки. Все крутится перед глазами, как в калейдоскопе, и постепенно выстраивается в одну цепочку. Имя последней девушки. Вяземская И. Я. Я не обратил внимание. Иванна — имя очень редкое, но в деле лишь инициалы. Фамилию она скорее всего поменяла. Блядь, как же я не сложил дважды два? Фото на копии дела очень расплывчатое, а оригинал так найти и не удалось. А может плохо искалось?"
"— Пиздец, — выдыхаю и зарываюсь пальцами в волосы. Сжимаю в кулак и болезненно морщусь.
— Че такое? — Шаман останавливается за спиной и рассматривает стену вместе со мной.
Из меня болезненно рвется: «Детка… что ж ты не рассказала всю правду?»
Надо было дожать!
Впечатываю кулак в стену, боль на пару мгновений отрезвляет.
— Макс, блядь! — рявкает на меня друг, не давая утонуть в этом мерзком месиве.
— Я знаю, кто похитил Иву, — смотрю ему в глаза. — Педофил, которого мы ищем…
— Ты думаешь…
— Я в этом уверен!
Телефонный рингтон непривычно громко раздается в пустой комнате.
Ямпольская.
— Да, Ир, — кривая ухмылка появляется на губах.
— Макс, я думаю ты должен знать.
— Говори.
— Ива была жертвой педофила, которого вы ищите.
Как вовремя. Что бы я без тебя делал-то?
— Я уже в курсе, — сухо бросаю я, стараясь не переходить грань. — Раньше нельзя было сказать?
— Она просила не говорить…
— Ир, ты слышишь себя? — все же срывает меня. — Ты допустила жертву искать маньяка!
— Не ори на меня! — огрызается она в ответ.
