Но ради своей цели я все выдержу! Месяц всего потерпеть нужно! Это же ерунда! Ради квартиры своей можно и не такое выдержать! У, чудовище небритое! Грубиян неотесанный! Для него же стараются, а он… глазищами своими черными полыхает…
И как два таких разных человека могут быть сыновьями одной женщины? Брат-то у чудовища какой симпатичный, не чета этому грубияну! Так не думать, не думать об этом!
… Только вечером, лежа в постели, ворочаясь без сна, я все прокручивала в голове тот момент, когда вошла в его комнату и впервые увидела его.
Я представляла Романа несчастным, больным человеком. Но в инвалидной коляске сидел красивый молодой мужчина, лет на пять-шесть старше меня…
Нет, не так! В коляске сидел потрясающий мужчина, красивее я видела, разве что в фильмах! Я толком не разглядела ни комнату, ни, собственно, коляску, в которой он находился. Я была поражена, сбита с толку, выбита из седла, причем все это — одновременно!
Несмотря на то, что он сидел, а я стояла перед ним, он подавлял своей силой, своей мощью.
А какие у него широкие, мощные плечи! Какие мускулы на груди под тонкой футболкой! А руки, лежащие на колёсах — просто произведение искусства: длинные пальцы, вены выступающие на запястьях… И лицо — просто мечта фотографа! Глаза темные, почти черные…И щетина эта его не портит совсем, даже наоборот, еще красивее делает…
Как? Как я буду работать в этом доме, если смотрю на него и забываю, как меня зовут? Хотя, в принципе, есть одно средство: поменьше на него глазеть, побольше слушать.
Да, когда он открывал рот, мне жутко хотелось бросить в него что-нибудь, да потяжелее…
Не смотреть на него, не смотреть… с этими мыслями я заснула.
6. День второй
— Сыночек, пожалуйста, не молчи! Тебе снова этот кошмар снился? Миленький мой, никуда не поеду. С тобой останусь!
Мама плакала, прижимаясь губами к моей щеке. Меня трясло сильнее обычного. Это было не так, как всегда.
А еще… я не помнил сна, не помнил кошмара, который обычно по утрам могу пересказать по-секундно, так четко он отпечатывается в моей голове, и такой острой болью разрывает сердце.
Мне снилось что-то, но что? Я не помнил совершенно. Только тело помнило…
Я подумал, что матери, наверное, очень нелегко видеть меня в таком состоянии каждый день. А я, сволочь, вообще, не забочусь о ней. И правда, ей просто необходимо отдохнуть.
